Черное и черное

Может быть, у нее шок от увиденного ужаса? — он слез с коня, подошел к ней и попытался позвать по имени. В этот момент она ожила, повернула голову и посмотрела на него ничего не выражающим взглядом. Он не мог разглядеть ничего угрожающего в ней, но отчего-то она показалась ему невероятно опасной. Что в ней может быть опасного он понять не мог, трудно понять безумцев, но понял, что подойти к Ульрике, она ему не позволит. Хотя, ему казалось, что он мог понять и посочувствовать ее состоянию, женской истерики и слез в данный момент ему меньше всего хотелось, поэтому он оставил ее в покое и вернулся к товарищам.

— Кто это? — спросил брат Герард, кивнув на неподвижную Эрту, когда он подъехал."

"— Несчастное иноземное божье создание, скорбное разумом, я взял над ней опекунство, — отвлеченно ответствовал Ульрих.

Несмотря на трудную опасную ситуацию, сложившуюся у них, братья захмыкали, плотоядно разглядывая Эрту в лунном свете:

— Ну, Ульрих, если ты устанешь от трудов благодеяния над этим бедным созданием, мы с радостью готовы перенять у тебя этот крест.

Рыцарь молчал. Он думал, что им делать с Ульрике. Добить ее у него рука не поднималась. Оставить ее здесь нельзя, она еще была жива. Отвезти отцу значило быть обвиненным в насилии. Он не знал, что скажет очнувшаяся Ульрике и очнется ли она вообще, будет ли в разуме, и что ей взбредет в голову после того, как она очнется, если такое случится. С тем, что ей может взбрести в голову, он уже имел дело.

— Что она делает?! — воскликнул Герард.

Двое остальных братьев бросились к Эрте, но внезапно остановились, пораженные, послышался тихий свист, в нескольких дюймах от их голов упала срезанная ветка дерева. Тихий гомон рыцарей резко прекратился, они схватились за оружие и приготовились к нападению. Эрта проигнорировала их движения и снова склонилась над юной баронессой, положив рядом свой только что снятый пояс и возясь под платьем искалеченной женщины.

Ульрих медленно и отчетливо произнес:

— Оставьте ее. Хуже не будет. Или она убьет баронессу, или поможет ей. Для нас сейчас все едино.

— Думаю, искать убийцу гнусных рож, оскверняющих поляну, нет необходимости, — заметил брат Норман

— Что она такое? — обратился к Ульриху брат Ральф.

Все взгляды товарищей устремились на него.

Мужчина раздраженно ответил Ральфу:

— Что значит ЧТО, не доверяешь глазам своим? Это безумная баба в сильном нервном состоянии. К здоровой-то бабе в таком состоянии резко подходить опасно, а если она к тому же безумна, ее сила, коварство и ловкость может возрасти во сто крат. Сам видел, как тщедушный сумасшедший старик в приступе безумства раскидал несколько городских стражников.

— Разве вам такое не встречалось? — произнес он, обращаясь к остальным.

Братья, соглашаясь, закивали.