Найди меня Шерхан (СИ)
От датчика внутри больно, но я быстро включаю камеру. Снимаю монитор, завожу телефон за спину. Вбить номер, отправить фото и все удалить. И ждать, что отец моего ребенка получит снимки и придет на помощь. Он вспомнит. Татуировка «Мon Сher». Это не «мой дорогой». Это «мой Шерхан». *** Арсен трет лицо, говорит глухо: — Значит так. Ты едешь со мной. Ждем две недели, делаем анализ крови. Если ребенок Тагира, просто уйдешь. Если мой, — пауза, он сглатывает, втягивает воздух сквозь зубы, — останешься жить в моем доме. Родишь ребенка и уберешься вон, поняла? Леша, в машину ее. Да, еще. У нее на правом плече татуировка. Татуировку убрать.
— Спасибо, моя бриллиантовая девочка.
И я снова реву как дурочка.
***
— Какая по счету беременность? — спрашивает доктор, улыбчивая женщина с ямочками на щеках.
Пишу, что первая. Я уже около получаса беседую с генетиком. Мне задано столько вопросов по наследственности, что впору рисовать на стене генеалогическое древо. Многие из них связаны с болезнью Януша, и я продумываю каждый ответ, потому что это все имеет прямое отношение к моему малышу.
Арсена в кабинет не пустили, о его наследственности будут говорить отдельно уже с ним.
— Когда начали жить половой жизнью?
Отвечаю, что в двадцать два года.
— Когда был последний половой акт?
Не знаю, как это влияет на генетику, но послушно пишу, что два с половиной месяца назад, и зачем-то уточняю, что тогда был зачат ребенок. Это не самый абсурдный вопрос, заданный мне сегодня.
— Какая средняя интенсивность половой жизни, которую вы вели до зачатия?
Непонимающе смотрю на доктора, и она уточняет:
— Как часто вы меняли партнеров и сколько актов в неделю в среднем у вас было? Какие перерывы были между отношениями?
Пишу, что партнеров я не меняла, мой первый мужчина — это отец моего ребенка. Пауза в моей интимной жизни длилась семь лет.
Докторша смотрит на меня с таким неподдельным изумлением, что внутри начинает шевелиться червячок сомнения. А какое отношение могут иметь другие мужчины к этому конкретному ребенку? Вспоминаю о версии, согласно которой ребенок наследует различные генетические признаки от всех предыдущих партнеров женщины.
— Погодите, Агата, вы ведь замужем, и ваш муж…
Червячок сомнения превращается в питона. Вскидываю руку ладонью вверх и пишу, что брак был фиктивный и интимной близости с мужем у меня не было. А сама достаю телефон и набираю в поисковом окне гугла: «Теория о влиянии предыдущих связей…»
Телегония, вот как это называется. Опровергнутая биологическая концепция? А вот это уже интересно. Ведущая столичная клиника с высочайшим уровнем обслуживания, новейшим оборудованием и космическими ценами использует псевдонаучные методики?
Выпрямляюсь и прочитываю все свои ответы. Кажется, имеет место заговор, нити которого тянутся прямо к руководству клиники. Щеки пылают, ну как же я так попалась?
— А почему вы за этот период не вступали в отношения, есть какие-то причины? Возможно, были проблемы гинекологического характера? Или может, вы испытываете боли при интимной близости?
Очень хочется написать все, что я думаю, но я ограничиваюсь кратким: «Потому что была дурой». Докторша ошалело хлопает глазами и разве что рот не открывает, но быстро берет себя в руки.
— Вы на себя наговариваете, Агата, вы…
Снова беру ручку и дописываю: «И потому что тринадцать лет любила мужчину, который этого не стоил».














