Друг сына

Клиентка открывает рот, чтоб еще что-то сказать, явно недовольная таким ответом, но напарывается на мой предупреждающий холодный взгляд и замолкает, обиженно поджав губы.

Но мне плевать.

Я машинально продолжаю свою работу, даже в мыслях запрещая себе перекатывать скользкие камешки воспоминаний нашей с Матвеем встречи. Последней.

Теперь точно последней.

Глава 17

– Вот не умеешь ты, Мирка, легко, – Вера щурится в ночное небо, подтягивает плед, упавший с плеч. Вздыхает."

"И как-то этот ее вздох противоречит сказанному.

– А ты, можно подумать, умеешь, – не удерживаюсь я, проезжаясь по больному.

Это так странно: после ее непутевого и, будем откровенными, совершенно никчемного мужика, прошло уже довольно много времени.

И постель подруги не пустовала.

Верка – яркая, шумная, красивая. Раскрепощенная. Мужчины к таким липнут постоянно.

И, вроде бы, давно пора уже забыть того, дурного, проблемного, не самого лучшего в постели, не самого первого даже!

Но вот не забывается.

Как у меня бывший муж, несмотря ни на что, постоянно вспоминался… До недавних пор.

Теперь, вот, Матвей царапает.

За уже одну эту смену векторов его можно благодарить.

Лучше пусть такой офигенный мужик царапает, чем то непонятное, подставившее меня по полной программе, броосившее в самый тяжелый момент существо, которое я. по молодости и дурости, считала своим мужем.

Верка замолкает, отворачивается, и мне тут же становится стыдно.

Вот не могла сдержать язык свой колкий!

– Вер… – я глажу ее по плечу, потом прижимаюсь щекой, обнимаю, – Вер… Пофиг на них всех. Прорвемся. Главное, что мы с тобой есть друг у друга.

– Угу… – подруга вздыхает и тоже обнимает меня.

Мы сидим с ней на мерно покачивающихся садовых качелях, на ее балконе, широченном, больше похожем не на балкон даже, а на террасу, укутанные в пледы.

Пьем и смотрим на город.

Еще холодно, весна, конечно, вовсю шагает по земле, но ночи зябкие.

Темнота скрадывает вид, совершенно шикарный, кстати, из-за которого, да еще и из-за этой террасы и была когда-то куплена квартира.

Мы смотрим на огоньки города, движущиеся в разных направлениях фары, уходящую вдаль цепочку моста, хаотичные мерцания частного сектора вправа.

И молчим.

А что тут скажешь?

Все уже сказано, все уже много-много раз рассмотрено со всех возможных сторон.

И выход, кроме того, что уже имеется, не найден.

– Как у тебя-то дела? – нарушаю я уютную тишину между нами, внезапно подумав, что прямо с порога сегодня загрузила Верку своими переживаниями, а про ее дела и не спросила.

А мы ведь больше месяца не виделись.

Проект у нее какой-то масштабный там, на работе. Верней, не у нее, а у ее босса.

А она, как обычно, рулит бухгалтерией.

– Да как тебе сказать, чтоб без мата… – морщится подруга, – хреново.