Дурная

Я вывалился из теплого салона, успел увидеть спину мелкого засранца, удаляющуюся с такой скоростью, что ему бы позавидовал страус-бегун из мультика и едва не взвыл как койот, от которого собственна и бегала мерзкая птица. Лак на крыле был содран до металла, валяющимся на асфальте огромным гвоздем. Сука. День начавшийся говенно, только так и мог закончиться.

Глава 2

ДанаяЯ задрала голову, восхищенно рассматривая высотку, построенную еще при Сталине. Величественное здание, квартиры в котором стоят столько, что доступны только полубогам, ну или продавшим душу дьяволу богатеям. Лешка моего восторга не разделял, сопел рядом, как ежик, нервно переступая с ноги на ногу.

– Шедевр советского ампира, – восторг в моем голосе явно не понравился постреленку. Он издал звук, похожий на пыхтение и зашагал к тяжелым дверям, ручки на которых выглядели словно киношные декорации: мраморные, резные, украшенные кованными медными бомбошками. Нас не пустят туда, вход земным людишкам запрещен. Того и гляди табличка засветится какая-нибудь волшебная, типа «Валите смертные, вам тут не рады». – Слушай, мама не ошиблась твоя адресом? Здесь живут ооооочень богатые люди, а у тебя штаны протертые до дыр. У детей божеств наверняка таких не бывает, прости.

– Ой, да ладно. Папуля мой, поди, под лестницей в каморке кантуется. Ну, лифтер там. Или завхоз, а то и дворник может, – хмыкнул Лешка, уверенно шагая по каменной лестнице. Ты номер апартамента то видела? Семьдесят пять и половина. Гарри Поттер, блин, пожитый, с платформы девять и три четверти. Нечему завидовать. Кстати, спасибо, что про штаны напомнила. А то я то представлял, что на мне брючата от кутюр, думал что модник – сковородник.

– Прости, – смутилась я, семеня за мальчиком. – Но нас даже не пустят на порог. Хотя, странно, охраны не видно, только домофон. По идее тут должен быть пост, как у мавзолея.

– Нас? – пацан резко замер на месте и уставился на меня прищуренными глазенками. – Слушай, ты мне помогла, конечно, спасибо и все такое, но я думал вообще-то, что ты сразу уедешь, а я сбегу. Тут все же камерами напичкано. Ну проберемся мы в это царство зажравшихся, так нас скрутят через минуту. Права ты, рылами мы не вышли. Уходим, короче, как там тебя… Дурная?

– Почему? – спросила я, пропустив обзывательство чертенка мимо ушей. Нервничает пацан, это нормально. Я даже мандражирую слегка. Хотя не имею к происходящему никакого отношения. Но Лехино состояние передалось и мне, аж потряхивает. – И зовут меня Даная, такна всякий случай напоминаю.

– Потому что потому, заканчивается на «У», – фыркнул постреленок, но в его взгляде появилось такое затравленное выражение, что у меня кольнуло в груди.