Два шага до любви

Нам с парнями пришлось тогда за сутки эвакуировать родителей и родственников в разные города и страны, где их не смогли бы достать, и в такой конспирации, что мы и сами не знали, где именно находятся наши родные. Ну, а Славке мне пришлось сказать, что я эмигрирую в Америку, и срочно заметать любые следы нашего с ней знакомства. Это было жестко, но, если бы братки узнали про нее, а они узнали бы в самое ближайшее время, счет шел на часы — у них разведка работала, как в КГБ, они бы достали меня через нее, ну это хрен бы с ним, но Славку бы покалечили — это в лучшем случае, а в худшем я и думать не хочу, что бы с ней сделали.

Вот так мы и расстались. И больше я ее никогда не видел.

Я одним махом выпила все шампанское, которое оставалось у меня в бокале. Такое было ощущение, что меня ударили, наотмашь. Очень сильно.

— Да-а, — протянул он и тоже допил свое шампанское, — времена были крутые. Хреновые были времена. Знаешь, я далеко не ангел и делал в жизни много того, что хотелось бы забыть и за что бывает стыдно, и с женщинами, бывало, поступал некрасиво, обижал. Большинство этих женщин я и не помню. Но почему-то яснее всего запомнил ту девочку Славу и то чувство вины, которое испытывал тогда по отношению к ней.

Хотя, если вдуматься, я сделал все правильно и защитил ее, но вот почему-то героем себя не чувствовал.

Он вдруг посмотрел на меня с явным недовольством по отношению к себе и с некоторым удивлением спросил:

— Не знаешь, зачем я все это тебе рассказываю?

— Может, потому, что ты этого никогда не рассказывал? — предположила я, стараясь не выдать себя севшим голосом, преодолевая перехвативший горло спазм. — Или тебе просто некому было это рассказать? Даже самому себе?.

. — И поторопила: — И что дальше?..

Он резко выпрямился, поставил свой бокал на столик, взял бутылку, показал мне вопросительно, даже не заметив моего потрясенного вида, я кивнула, стараясь протолкнуть внутрь застрявший в горле ком. Берестов налил нам вина, снова, взяв в руку бокал, откинулся на спинку дивана, сделала пару глотков и другим, более спокойным тоном продолжил рассказ:

— А дальше. Я встречаю девочку, которой двадцать четыре, а мне тридцать пять, и она так похожа на Славку: та же прическа, та же манера одеваться, даже косуха на ней была похожая — и такую же открытую, чистую и искреннюю.

Меня повело сразу. Я не затащил ее в койку, а стал ухаживать, встречаться, разговаривать, и она действительно была умненькой, неиспорченной, славной девочкой, и уже через месяц я точно знал, что женюсь на ней. И пока я работал и жил в Красноярске, все у нас складывалось отлично, но стоило приехать в Москву, а мне вернуться к моему столичному образу и уровню жизни, как все изменилось. Буквально за пару месяцев.