Эхо возмездия

Он расспрашивал людей, которые хорошо знали Селиванова, которые имели зуб против Селиванова, которые могли бы что-то знать о том, почему фабрикант был убит, но все нити обрывались, никто ничем не мог помочь, а потом стало известно о пожаре, и пришлось бросать все и ехать туда, где от трехэтажного дома остались лишь обгорелые стены, покрытые зловещей черной копотью.

Сам собой напрашивался вывод о поджоге, о том, что пожар был как-то связан с убийством, и Сергей Васильевич стал ловить на себе полные недоумения взгляды Порошина и Ленгле. И в самом деле, есть два убийства и странный пожар, а следствие топчется на месте, и никаких подвижек что-то незаметно.

Итак, ночь не удалась совершенно, а утром Ломов получил записку от баронессы Корф с просьбой незамедлительно приехать к ней. Но так как особый агент находился в прескверном расположении духа, тон письма произвел на него самое неблагоприятное впечатление.

«Бобик я ей, что ли, на побегушках? И почему бы открытым текстом не написать, если она сумела узнать что-то? Ах, госпожа баронесса, любите же вы напускать туману…»

Порошину Сергей Васильевич поручил продолжить расследование убийства фабриканта, а сам, проигнорировав настойчивое приглашение Амалии, сначала решил навестить Снегиревых.

Поговорив с Лидочкой и записав ее показания, Ломов решил для очистки совести еще раз опросить прислугу. Сказать по правде, он не ожидал ничего особенного, но одна из горничных вспомнила, что после того, как разъехались гости, студент расспрашивал ее о том, кто живет по соседству, причем больше всего его заинтересовала усадьба Меркуловых, и он захотел в подробностях узнать, как туда добраться пешком.

– И вы ему рассказали?

– Да, сударь… Если идти по большой дороге, то далековато будет, ну, а если повернуть и срезать через лесок… Там в одном месте ограда сада обвалилась, и можно сразу же попасть в сад, а если идти до ворот, то они гораздо дальше…

– Скажите, Дмитрий Иванович как-то обосновал, почему его интересует именно усадьба Меркуловых?

– Ничего он не говорил, – покачала головой девушка.

Ломов внимательно посмотрел на горничную.

– Почему, когда я приезжал в прошлый раз, вы не упомянули о вашей беседе с Колозиным?

– Так я думала, это ж не важно… Его ведь в саду Одинцовых нашли. А теперь говорят, что его убили в другом месте…

Тут Сергей Васильевич учуял, что в коридоре кто-то бесшумно подошел к закрытым дверям комнаты, в которой он разговаривал с горничной, и напряженно подслушивает, весь аж закоченев от любопытства. Не было никаких настораживающих признаков, посторонних шумов и прочего, но выучка – великая вещь, и Ломов не сомневался, что с той стороны двери, затаив дыхание, стоит женщина.