Эхо возмездия

 – Как продвигается расследование? Или, может быть, – спохватился он, – нам не положено знать о таких вещах?

– Расследование продвигается, – ответил Сергей Васильевич, – но, к сожалению, я пока не могу назвать вам имя преступника. Все чрезвычайно осложнилось из-за убийства господина Селиванова…

– О да, мои домочадцы были просто в ужасе! – воскликнул Снегирев. – И этот пожар… Кто-то упоминал, подозревают даже поджог…

– Мы проверяем все версии, – коротко ответил Ломов. Тут Павел Антонович спохватился, что не предложил гостю сесть, и поспешил исправить свою оплошность.

– Скажите, милостивый государь, – промолвил Ломов, опускаясь в кресло, – во время вечера в вашем доме вы не заметили, чтобы Колозин общался… ну, например, с Федором Меркуловым?

– С Федей? – удивился Павел Антонович. – Нет, я, кажется, уже упоминал, что больше всего Дмитрий Иванович общался с баронессой Корф.

Бэрли едва заметно улыбнулся, и Ломов тотчас же повернулся в его сторону.

– Вы хотите что-то добавить, сэр? – очень вежливо спросил Сергей Васильевич.

– Самую малость, – ответил англичанин. – Я бы сказал, что мистер Колозин общался с баронессой, но она вовсе не желала общаться с ним.

– А помимо этого, вы не заметили во время вечера ничего странного? – поинтересовался Ломов.

– За исключением тех двоих, которые ворвались в дом без приглашения, ничего, – благодушно ответил англичанин. – Это был очень милый вечер. Прекрасные люди, замечательная атмосфера. Я бы ни за что не поверил, если бы мне сказали, что вскоре один из присутствующих будет убит.

– То есть ничего подозрительного?

– Ничего. Поверьте, когда мне стало известно об убийстве, я долго размышлял, пытался вспомнить, не прошли ли мимо моего внимания какие-то важные вещи. Не было никаких странностей, ничего, что могло бы насторожить. Хотя… – Бэрли немного помедлил, – я удивлен тем, что ваши медицинские дамы позволяют себе ходить в шелковых платьях. Должно быть, они много получают?

– Боюсь, мне неизвестно, сколько получает Ольга Ивановна, – ответил Ломов, не уточняя, что особа, о которой они говорили, могла носить не только шелковые платья, но и украшения, при виде которых скукожились бы от зависти все британские герцогини. – Ну что ж, господа, пожалуй, я не смею больше вас обременять своим присутствием. – Он поднялся с места.

– Вы не против, если я задам вам один вопрос, сэр? – учтиво спросил Бэрли.

– Задавайте.

– Мы с мистером Снегиревым обсуждали русский характер… пришли к разным любопытным выводам, но он, как и я, профессионал. Наш подход сугубо научный, а мне хотелось бы услышать мнение постороннего лица.