\

Когда вы вытянете все его золото и загрузите наше — зажигайте фитили и сматывайтесь так быстро, как только сможете.

Тут я умолк, осознав один момент.

— Еще лучше. Фитиль подожжет Альф, когда вы отойдете на максимально безопасное расстояние.

— С ума сошел? — спросил он из-под плаща. — Мне мало того, что дверь придется создавать, еще и держать ее для того, чтобы последним выходить?

— Ты можешь выйти и через верх, просто сокрывшись от глаз, не выдумывай отмазки. Я все сказал, не обсуждается.

Он вспорхнул и сел на капот мотокареты, надув щеки. Совсем разленился рогатый. Все картошку подавай из казанка и лишь бы ничего не делать.

Надо будет ему пайку урезать, чтобы в строй вернулся, а то совсем от рук отбился.

Я вдохнул утренний еще прохладный воздух и покачал головой, приводя мысли в порядок.

— Значит так. Еще раз. Доезжаем туда, все проверяем, спускаемся вниз и вы двигаетесь по тоннелю. Альф будет с вами. Я поеду к поместью Кесслера, и когда грянет взрыв — проникну в его крепость. Бабахнуть должно так, что я уверен — они сбегутся туда все. Возможно, что ляжет даже потолок, — я почесал шершавую щеку. — Но это не наши заботы.

К тому времени сюда будет ехать убойный отдел с комиссаром, у которых будет государственный ордер на обыск. Пока они все будут заняты — я спокойно зайду в кабинет Донована и порыскаю по его документам. Уверен, что среди них можно найти много интересного. В том числе и информацию про вашу землю.

Услышав последнюю фразу, они снова загомонили, словно детсадовцы во время ожидания деда мороза после объявления ведущим. Оно и не удивительно. Даже живя здесь с крышей над головой, полноценным питанием и свободой передвижения — многие из них все равно мечтали вернуть свое.

Просто потому, что внутри сидела злоба, которую я прекрасно понимал: их обманули и отобрали все то, что было нажито непосильным трудом, потом и собственной кровью.

Пришло время вернуть свое.

— Поэтому я спрашиваю вас: вы готовы?

Они оглядывались, смотрели друг на друга, будто не знали, что ответить.

— Да, — сказал Рамон вместо них, на что я покачал головой.

— Я не слышу.

— Да! — громыхнули они в одноголосие. И вот этим я уже был доволен. Я хочу видеть уверенных в планах людей, а не сброд, который не знает зачем здесь собрался.

— Вот и хорошо. Тогда продолжайте подготовку, встречаемся завтра в полночь.

Мужчины отделились от нас и пошли в сторону центра поместья, где все еще стоял сломанный фонтан, до которого явно ни у кого не доходили руки. Рамон все еще стоял возле меня, хотя я его не просил оставаться.

— Вы держите свое слово, — сказал он внезапно.

— Были преценденты, когда я поступал наоборот? — спросил я у него спокойно. Это была не претензия. Мне просто было интересно, что он подразумевал под своим высказыванием.

— Нет.