\

Элла взглянула на меня с испугом, опасаясь, что я начну раскрывать родителю глаза на современные столичные нравы, но я не начал. Дух джентльменства ещё никто не отменял."

"— Умей ответ держать. Люби её и заботься о ней, ясно? Ну и, разумеется, в этой дыре тебе оставаться нельзя. Я помогу перебраться обратно в Москву. Сколько ты уже отработал?

— Меньше года.

— Ну… Ничего, решим. Ты кто по диплому, инженер?

— Инженер, — улыбнулся я.

— Инженер… — задумчиво повторил он. — Думаю, смогу тебя в Моспродторг пристроить.

Да-да, как раз туда, где головы скоро полетят.

Относительно скоро, конечно…

— Жить будете на «Белорусской», там где ты меня искал, помнишь? Что ещё? Машину сделаем… Ну, а всё остальное в твоих собственных руках. Работай, не будь дураком, и всё у тебя будет хорошо. Главное, чтобы дочь моя счастлива была и радостна. Вопросы?

— Есть, — кивнул я.

— Ну, вот и молодец.

— Нет, в смысле, есть вопросы.

— Ну?

— Сразу жениться не будем. Во-первых, это неосмотрительно, если развод — придётся делить совместно нажитое, а зачем вам со мной делиться?

— А во-вторых?

— А, во-вторых, пусть посмотрит на меня, понаблюдает.

Притереться надо. Сейчас многие так делают. Прежде, чем к алтарю идти, живут вместе привыкают друг к другу, чувства проверяют и всё такое. Это практический подход.

— Сразу и не получится. Сначала нужно будет тебя перевести обратно, а на это с месячишко уйдёт, не меньше. Будете письма писать друг дружке, чувства проверять. А потом уже распишетесь. Ясно?

— Я православный, мне венчаться надо.

— Какой ты православный? Ты же комсомолец!

— Одно другому не мешает.

— Так, всё! По существу вопросы есть? Нет! Если что, я тебя лично кастрирую и сдам мусорам.

Ещё и статью придумаю поинтереснее.

Вопросы, конечно, были, как не быть? Но сейчас я решил воздержаться. Вся эта история выглядела довольно потешно, казалась неправдоподобной, словно была вытянута со страниц старинных романов про папеньку самодура.

Кончилось всё тем, что Кофман позвонил Радько, а потом загрёб дочь и поехал обедать, а потом и в аэропорт. Правда, самолёт был вечерним, и Элла хотела побольше времени провести со мной, но отец и слушать ничего не захотел.

— Намилуетесь ещё, — заявил он.

— Вся жизнь впереди. Ветры перемен уже задули. Просто подумайте и приготовьтесь их принять. Перемены…

Ещё он сказал, чтобы я был готов конкретно к тому, что в ближайшее время меня будут переводить из Верхотомска в столицу.

Должно быть, чувствовал, что я мог переубедить невесту переменить решение. Мне вся эта затея казалась довольно смешной, поскольку жениться, на самом деле, я не собирался. Но если девочке так хотелось поиграть во взрослую и раскрепощённую жизнь — почему бы и нет.