\

— Вы кто такие? — спросил он, подаваясь вперёд и всматриваясь в лица поверженных хулиганов."

"В свете фонаря они казались бледными потусторонними сущностями, корчащимися в пыли. Вдоль дороги мёртвые с косами стоят. И тишина…

— Сирота… — прокряхтел один из гопников…

— Ну? — навис он над ними. — Вы чё, сучки, на братана моего наехали?

— Нет, нет, Сирота, мы ничё… Просто спросили, к кому приходил…

— Ну-ка, свалили отсюда оба. В туман-нах. Мухой, я сказал. Чтоб не видел вас больше.

Повторять не пришлось. Горе-хулиганы подорвались, как лани в лесу.

— Район у нас тут неспокойный, — тихо сказал Сирота, когда плохиши смылись.

— Криминогенная обстановка неблагоприятная. Одному в потёмках шастать не след, нарваться можно. Понял?

— Ну… ладно, — пожал я плечами. — Понял, как не понять.

— А ты лихой, — хмыкнул он. — Вон, туда иди. Там поймаешь тачку, а то здесь глухо у нас, только бакланов каких-нибудь поймать можно.

Я пошёл по такой же тёмной улице. Увидев телефон-автомат, позвонил Ирине.

— Жаров, это ты мне грузовик пригнал?

— Я.

— Зачем?

— Я думал, его искать будут.

— Искали, точно… Вечно у тебя бардак какой-то.

Ладно, сейчас я спать ложусь, голова болит, не до тебя мне. А вот завтра придёшь и всё мне объяснишь, понял?

— Ладно, Ириш, договорились.

Я повесил трубку и двинул дальше. Вскоре вышел на большую дорогу и направился в сторону центра. Машин было мало, и останавливаться никто не хотел. Глухое место, бродяга какой-то. Понять можно. Наконец, остановился грузовик. Я доехал до центра и прошёлся до дома.

У подъезда стояли две «Волги» с водителями в штатском. Подумал было на Ананьина, но его машины тут не было. Я поднялся на площадку и прислушался.

За дверью раздавались голоса. Да что ж вам всем надо? На этот раз тут были явно не бандюки.

Я развернулся, собираясь от греха подальше уйти в общагу, но в этот самый момент дверь открылась и я услышал знакомый голос:

— Заканчивайте здесь, утром доложите. Я в гостиницу… Жаров! А ну-ка!

— Нет, Илья Михеевич, это не я, — бросил я, не оборачиваясь.

— Заикин, Жаров здесь. Давайте, принимайте.

Твою мать! Да что же это такое.

— Не квартира, а сумасшедший дом какой-то, — помотал я головой и обернулся. — В чём проблема, гражданин Ананьин? Чего вам надо от меня?

— Заходи-заходи, — скривился тот.

— Давай, прямиком в спальню. Иди, не останавливайся.

В квартире было многолюдно. Суровые личности в штатском и в милицейской форме сновали туда-сюда. В спальне всё было перевёрнуто вверх дном. Из шкафов всё выбросили на пол. Матрас перевернули, бельё сняли.

У стеночки стояли понятые — соседи из квартиры напротив. Дед и довольно молодая женщина, жена его сына. Но это ещё ничего, можно было бы с этим как-то разобраться. Помимо этого всего, было кое-что похуже.