\

Однако даже это понимание не доставляло особого беспокойства. Так, маячило на границе сознания, легонько стучалось в голову, отодвинув на время назойливый голос в ушах, и только искренняя тревога за упрямого мальчишку по-прежнему не давала свернуться на досках и забыть, что он когда-то хотел вытащить отсюда и его тоже.

Даст до крови прикусил губу, чтобы хоть как-то стряхнуть накатившее безразличие. Чуть не с радостью ощутил во рту соленый привкус, почувствовал, как неохотно отступило неестественное спокойствие, и упрямо вернулся к Вэйру.

– Не спать, сопляк! – рыкнул он больше для себя, чем для него.

 – Не поддаваться! Это просто магия! Мы должны быть сильнее! Нельзя сдаваться!

Юноша даже не повернул головы. А Хиг плавно сполз на палубу и непонимающе уставился на свои руки, так и не выпустившие тяжелую цепь."

"– Живи! – захрипел южанин, испугавшись того, что опоздал и Вэйр тоже скоро погрузится в эту сонную одурь. – Живи, кому сказал! Что бы ни случилось, живи! Эй! Хиг! Не смей засыпать! Парни, очнитесь!

От злого окрика Хиг непонимающе тряхнул головой, с явным трудом осознавая, где он и что происходит.

А вот Вэйр так и остался безучастным, после чего Даст, похолодев, понял, что мальчишка ощутил на себе волшбу гораздо раньше.

Он, наверное, просто оказался более чутким к таким вещам, а южанин не понял сразу… не встревожился… не подумал о том, что Кратт наверняка не в первый раз использует эту магию, чтобы заставить пленников забыть о побеге. Странно, конечно, что он не сделал этого в самый первый день. Но, наверное, просто не захотел оставлять за собой четкого следа – не рискнул связываться с чарами до того, как корабль станет невозможно отследить.

– Проклятье… – простонал Даст, из последних сил сжимая кулаки: странная магия действовала слишком быстро, буквально на глазах опутывала разум, лишала воли, заставляла слабеть, путала мысли, стирала память.

Рядом с ним уже безвольно опустились на доски остальные рабы, бессмысленно улыбаясь и невидяще таращась в пустоту, как самые настоящие безумцы.

Один лишь Хиг все еще сидел, буквально качаясь на грани забытья. Но было видно, что еще немного, и никакая сила не удержит его стремительно истончающееся сознание.

Неожиданно воздух над судном распорол истошный девичий визг.

Даст вздрогнул и с огромным трудом повернул голову, чтобы посмотреть в сторону кают. И только спустя долгую секунду, когда крик повторился – долгий, отчаянный, – сообразил, что, кажется, последняя добыча Зега была гораздо более разнообразной, чем ему показалось вначале.

Еще через миг ему даже удалось припомнить тугой «сверток», который этот мерзавец с сальной ухмылкой волок на плече. Затем сопоставить эти два факта и понять, что за «подарок» был там спрятан.