\

Она оказалась быстрее, чем любой виар или голодный вамп, легче и проворнее, чем смертоносная никса.

Она была велика… действительно велика: стоя спокойно, легко бы дотянулась клыками до его шеи. И она была быстра… Всевышний, до чего же стремительна! Просто фурия. Невероятно, чудовищно, поразительно могучий зверь с человеческим разумом. Пока еще ослепленный болью, но обладающий поистине звериной живучестью и неистовой жаждой крови.

Только большая практика подобных атак и немалый опыт общения с виарами позволили охранителю избежать щелчка челюстей, оттолкнуть волчицу в сторону и отделаться лишь порванным рукавом.

Волчица упруго приземлилась и досадливо рыкнула: как плохо. Промахнулась…

Поняв, что первый удар прошел мимо, Викран дер Соллен незаметно перевел дух.

Вот и все. Самый опасный момент позади. Первый раз для перевертыша всегда самый сложный: ему больно, страшно, да и звериные инстинкты обычно сильнее человеческих.

После первой трансформации кто-то из них стремится убежать, кто-то нападает на все, что видит, кто-то ревет белугой, а кому-то нужно просто лечь на живот и закрыть глаза, молча переживая первое в своей жизни изменение.

Но Айра справилась. Пусть не так, как он ожидал, но все-таки выдержала и перетерпела. Смогла измениться, принять в себя гибкое сознание метаморфа. А он сумел принять ее.

Скоро она привыкнет, успокоится, осознает произошедшее, а потом наверняка удивится… или расстроится — это уж как пойдет. Но в любом случае, волчица потеряет темп и задумается. А после обязательно вспомнит, что она — человек. Ученица, перед которой стоит строгий учитель. А уж ему-то она уже научилась беспрекословно подчиняться…

По крайней мере, он искренне так считал до этого момента.

После неудачной атаки громадная волчица с невероятной скоростью развернулась, оглашая воздух раздраженным рыком. Пригнув голову к полу, безошибочно отыскала удивленно попятившегося мага и, стряхнув с когтей обрывки ткани, прыгнула снова."

"Мощно оттолкнувшись, она в долю секунды преодолела разделявшее их расстояние и набросилась так, будто потеряла разум. Будто действительно жила сейчас лишь одной мыслью — убить, убить, убить… и ярость ее была так велика, что боевой маг поймал себя на том, что всерьез беспокоится за исход поединка.

Ловко увернувшись, он выбросил вперед тяжелый кулак, и волчица, болезненно взвизгнув, отлетела на несколько шагов. Правда, сумела каким-то образом извернуться и приземлилась, как кошка, на все четыре лапы, оставив после себя на полу шестнадцать глубоких царапин.

«Сильна, — отстраненно подумал дер Соллен, следя, как неистово она царапает когтями камень. — Действительно сильна».

А вслух осторожно произнес:

— Айра?

Волчица не отреагировала.