Гамбит принца

Дисциплина армии, шагающей в унисон, была демонстрацией мощи, ожесточенности и непобедимости.

Дэмиен стоял на помосте и наблюдал за размахом происходящего. Всегда ли они были такими? Лишенными всего, кроме прагматичности? Такими жадными до войны?

Мужчины и женщины Рейвенела столпились по краям двора, и люди Дэмиена разделились, чтобы сдерживать их. Толпа давила и наступала на них. Новость об Акиэлосском вступлении распространилась. Толпа гудела, и солдатам не нравилось то, что они обязаны были делать. Регент оказался прав, народ говорил: Лорен был в сговоре с Акиэлосом все это время.

Казалось странным безумием осознавать, что это на самом деле было правдой."

"Дэмиен видел лица Виирийских мужчин и женщин, видел стрелы, направленные с крепостных стен, и в углу просторного двора он увидел женщину, прижимавшую к себе голову своего сынишки, который вцепился в ее юбки.

Теперь Дэмиен понял, что виднелось в их глазах из-под враждебности. Это был ужас.

Он чувствовал напряжение и Акиэлосских сил тоже — Дэмиен знал, что они ожидают предательства. Единственный вытащенный из ножен меч, единственная выпущенная стрела освободит смертоносную силу.

Пронзительный рев горна прокатился по двору. Эхом отражающийся от всех каменных поверхностей, это был сигнал остановить движение. Движение прекратилось неожиданно — только тишина осталась там, где только что были слышны лязг металла и топот ног. Эхо горна постепенно затихало, пока не показалось, что можно услышать, как звенит туго натянутая на луках тетива.

— Это неправильно, — сказал Гиймар, сжимая руку на рукояти меча. — Мы должны…

Дэмиен поднял руку, останавливая его.

Под главным знаменем один из Акиэлоссцев соскочил с лошади, и сердце Дэмиено гулко заколотилось в груди.

Дэмиен почувствовал, как двинулся вперед, спускаясь по плоским ступеням помоста, оставляя Гиймара и других солдат позади.

Дэмиен чувствовал на себе каждую наблюдающую за его спуском пару глаз в затихшем дворе — шаг за шагом. Обычно так не делалось. Обычно виирийцы стояли на своих помостах и заставляли гостей подниматься к ним. Но для Дэмиена это не имело значения. Он не сводил глаз с человека, который так же наблюдал за его приближением.

Дэмиен был одет в виирийскую одежду.

Он ощущал ее на себе — высокий воротник, плотно затянутая ткань, очерчивающая контуры тела, длинные рукава, блеск высоких сапог. Даже его волосы были подстрижены в виирийском стиле.

Сначала Дэмиен увидел, что мужчина рассматривает все это, и потом увидел, что мужчина смотрит прямо на него.

— Последний раз, когда мы разговаривали, цвели абрикосовые деревья, — сказал Дэмиен на Акиэлосском. — Мы гуляли в ночном саду, и ты взял мою руку и дал мне совет, и я его не послушал.