Герметикон

Дер Даген Тур прижимается спиной к косяку, берётся левой рукой за стойку, крепко упирается левой ногой в переднюю панель и выставляет ""Жимолость"", которую удерживает одной правой. Только сейчас Крачин понимает преимущества сложения Помпилио: руки у него хоть и короткие, толстые, но при этом необычайно крепкие, и адиген без труда удерживает тяжёлую бамбаду.

— Вы кого-нибудь видите?

Ответа нет. Бамбадао слился с оружием и терпеливо ждёт, когда появится цель. Пару секунд назад Помпилио заметил, что один из беглецов неосмотрительно высунулся из-за борта, и надеется, что тот повторит рисковое движение.

Повторяет.

Выстрел.

— Минус один, — хмыкает вернувшийся на сиденье дер Даген Тур. — Хоть что-то.

— Согласен, аллакут.

— Кстати, что это щелкает по нашей корме?

— Он сбил Солёного! — орёт в бойницу Якорь. — Солёный готов!!

Поплатился за попытку врезать по машине Помпилио из ""Брандьера"".

— Я ведь приказывала не высовываться!

Орнелла стискивает кулаки в бессильной злобе: ситуация, если вдуматься, дурацкая. Они разработали план похищения Касмы, чтобы передать секретаря Помпилио. Но лысый, как выяснилось, ждать милости не собирался, чуть-чуть опоздал и теперь мчится следом.

Но нельзя же, в самом деле, остановить грузовик и предъявить проклятому адигену добычу: ""Берите, мессер, мы старались для вас"".

Ситуация настолько дурацкая, что Григ смеётся. А через мгновение по её предплечью чиркает пуля: бамбадао заприметил торчащую руку и выстрелил.

— Не высовывайтесь! — Григ возвращается в кабину, трёт поцарапанную руку и громко ругается.

— Мы набрали отличную скорость!

— Но что толку? — хрюкает Сычин. — Мы ещё ничего не добились.

Он лично возглавил преследование на втором ""Клоро"", курсовые ""Гаттасы"" которого азартно полируют кран с тыла. Но не более. Раздолбить колёса пока не удавалось, и паротяг продолжал мчаться за первой машиной, грузовиком, в котором, судя по сбивчивому рассказу кирасиров, находится Касма.

— Нам достаточно не отставать. Рано или поздно ушерцы опомнятся и наведут порядок: дорогу перекроют или что-нибудь в этом роде.

— А если не опомнятся? Если похитителям удастся уйти? У них наверняка есть план.

Сычин кривится и бурчит:

— Постарайтесь разогнать колымагу сильнее.

А Тиурмачин, взобравшийся на башню оставшегося у места перестрелки ""Клоро"", подносит к глазам бинокль и качает головой:

— Что же они творят!

Двенадцатиколёсные монстры, изрядно походящие на взбесившихся по весенней поре мамунгов, мчатся не разбирая дороги. Мусорные баки, фонарные столбы, телеги, грузовики — всё, что попадается на пути, стремительно улетает прочь повреждённым или переломанным: водители попросту не успевают реагировать на препятствия.