Герметикон

— Наглое поведение должно быть наказано, — заявил чернявый. Он наконец-то застегнул штаны, пристроил к ним переданный дружками боевой пояс и стал выглядеть куда внушительнее. Правда, по-прежнему мелко. — Тутошние тёлки ленивы и тупы, платить за их услуги — оскорбительно. Платить должны вы. Деньгами и услугами.

Подручные поддержали низенького вожака дружным гоготом. Клап продолжал хранить молчание, несмотря на то что за его спиной появились ещё двое здоровяков: он умел считать и думать и понимал, что трое против шестерых выступят без особой надежды. Особенно учитывая наличие у скандалистов оружия.

— Тебе не кажется, что, разобравшись с заведением, свободяне примутся за посетителей? — едва слышно поинтересовался Павел, допив коктейль.

— Кроме нас, тут посетителей нет, — заметил наблюдательный Андреас.

— Вот и я об этом.

Несколько мгновений Мерса переваривал услышанное, затем поставил чашку с чаем на стол и поднял брови:

— Что… э-э… предлагаешь?

— Да есть одна мысль, — не стал скрывать Гатов. — Но тебе она не понравится.

— Не просто не понравится, — проныл алхимик. — Я категорически против…

Но было уже слишком поздно.

Затеявшие скандал свободяне не видели противников, кроме трёх вышибал синьоры Флиси, и выстроились против них: ворвавшиеся с улицы боевики, марионетка и чернявый коротышка. Вооружившийся пистолетом пузан поглядывал в сторону притихших учёных, но больше для демонстрации — в основном его внимание было сосредоточено на вышибалах.

— У меня нет бомб! — трагически прошептал Мерса. Он достаточно изучил Павла и видел, что тот настроен подраться. — Ни одной бомбы. Мы безоружны!

— Обойдёмся без оружия, — весело прошипел в ответ учёный.

— Мы?

— Мы все.

Привычный к кабацким сражениям, Гатов видел гораздо больше скромного Андреаса и уже приметил мелькнувшего на втором этаже Каронимо, оценил спокойствие вышибал, понял, что ребятам нужна минимальная поддержка, и потому без колебаний кивнул Бааламестре, когда тот появился на площадке в следующий раз.

С прикроватной тумбочкой в руках.

— Проклятые свободяне едва не испортили мне отдых! — возмущённо рассказывал Каронимо несколько часов спустя. — У нас с Клеопатрой всё хорошо, мы на пике интереса, на всех парах летим ко взаимному удовлетворению невиданной силы, и вдруг — на тебе! Визг под самой дверью и скандал! Вы ведь только финал наблюдали, друзья мои, сняли, так сказать, сливки, а началось всё в соседней с нами комнате.

Чернявенький там визжал, как ненормальный, и просто поверьте: никто, никто, кроме меня, не смог бы в столь скотских обстоятельствах закончить дело так, как требовали того природа и здравый смысл.

— Из-за твоего здравого смысла нам пришлось ждать на несколько минут дольше, — заметил вредный Гатов.