Герметикон

Платье не было ценным само по себе, предназначалось только для того, чтобы подчеркнуть прелесть хозяйки, и с этой задачей строгий, немного странный крой справлялся идеально. В этом платье отражалась суть адигенов: странная, непонятная непосвященным, идеальная, выверенная до мелочей в действительности.

— В нем ты была прекрасна.

— Спасибо, Сувар.

Кира вспомнила свадьбу, свое отражение в зеркале — и в тот день, и задолго до него, когда, выбирая платье, решила примерить кисл, и улыбнулась, ничего не ответив подруге. Потому что свадьба, на которой она сказала Помпилио, что не любит, стала одним из самых ярких событий в жизни.

Даже сейчас, спустя несколько месяцев, Кира помнила каждое мгновение того дня, каждое произнесенное слово и Помпилио… Спокойного, выдержанного Помпилио, который не позволил ей усомниться в своем благородстве.

— Ты их покорила своим выбором, — прощебетала брюнетка. — Это был очень умный ход.

— Кахлесы не идиоты, Сувар, их невозможно покорить одним поступком, — покачала головой рыжая. — Но им и их друзьям понравился мой выбор. Всем адигенам понравился.

— А тебе?

— Я могла выйти в чем угодно.

— Именно, — согласилась Ачива.

— Я до сих пор с восторгом вспоминаю твое первое свадебное платье, расшитое жемчугом… потрясающее платье идеально персикового цвета.

— Полагаю, тебе больше подошли бы бриллианты и легкий кремовый…

— Но когда я надела кисл, то поняла, что иду к алтарю, — закончила Кира.

И Ачива, которая как раз собиралась что-то сказать, возможно — пошутить, осеклась.

Слуги унесли манекен и закрыли за собой двери, девушки вернулись в кресла, и рыжая задумчиво продолжила:

— Мы смеемся над традициями адигенов, а они их берегут.

Ходят в месварах, придуманных тысячу лет назад, делят новые планеты на дарства и с детства учатся воевать.

— Разве это хорошо? — вырвалось у брюнетки.

— Мы тоже не верили, что на Кардонии разразится война, — парировала Кира. — Нам казалось, что это игра, или шутка, или недолгое недоразумение, и я понимаю, что в глазах Помпилио мы выглядели неразумными детьми. Ведь люди, знающие, что такое война, очень осторожны с оружием."

"— А если начинают воевать, то бьют наотмашь, без пощады, — тихо продолжила Сувар.

— Иначе нельзя, — вздохнула Кира. — Иначе — глупо.

И долила в бокалы вина.

— И все равно у них есть много устаревших традиций, — не сдавалась брюнетка.

— Я бы назвала их фундаментальными, — не согласилась рыжая.

И вызвала у подруги очередной приступ изумления. Ачива повернулась и театрально покачала головой:

— Не знай я тебя так хорошо, как знаю, сказала бы, что тебя загипнотизировали.

— Я просто оказалась в другом мире.

— И влюбилась в него?

— Нашла в нем много хорошего.