Герметикон

Куда они пойдут? В лучшем случае в наёмники, отправятся на ""горячие"" планеты за толстым золотым цехином, в худшем — станут преступниками, начнут сбиваться в банды. Придётся тратить деньги на создание мощной полиции, истреблять собственноручно подготовленных людей вместо того, чтобы оставить их в армии и направить… Да хотя бы против Белиды. Или Эрси, на которую Компания давно точит зуб. Можно начать и с менее развитых планет сплетения — непринципиально. Принципиально то, что на Кардонии сохранится армия, во главе которой встанет решительный человек.

Диктатор.

От блестящих перспектив голова могла закружиться у кого угодно, но Ере, несмотря на всё своё тщеславие, умел оставаться спокойным и сосредоточиваться на главном. Он прекрасно понимал разницу между ""хотеть"" войти в Историю и ""мечтать"" войти в Историю, а потому, отвлекшись ненадолго на перспективы, он полностью переключился на предстоящую битву.

— Господин командующий.

Выстроившиеся на перроне офицеры синхронно поклонились появившемуся из вагона Селтиху. Эту традицию тоже ввела Компания — кланяться.

Казалось бы: небольшое, особенно ничего не значащее движение, элементарная вежливость, а как приятно видеть склонённые головы.

— Происшествия? Проблемы?

— Всё идет по плану, господин командующий. Хотите отправиться в штаб?

""Как же здорово, когда все вокруг только и делают, что пытаются угодить. Нельзя, чтобы из людей исчезла услужливость"".

— В штаб? — Ере посмотрел на часы: полночь. В штабе сейчас скучно: пакеты с приказами отправлены, командиры частей вскрыли их и начинают поднимать по тревоге личный состав.

Примерно через тридцать минут начнётся массовое передвижение войск: в зависимости от места дислокации частям придётся пройти от тридцати до ста лиг и вступить в бой ""с колёс"", но ничего не поделаешь — это был единственный способ сохранить операцию в секрете.

— В штаб? — повторил адъютант.

— Отвезите меня к лётчикам, хочу лично убедиться, что у них всё в порядке, и сказать пару напутственных слов.

Современный командующий не принимает участия в сражении, но солдаты не должны забывать, кто отправляет их за славой.

И за смертью.

Глава 3,

в которой гарпун бьёт жлуна

Давным-давно, в те славные времена, что называются юностью… Кажется, тогда ей только стукнуло шестнадцать… Или семнадцать? Шестнадцать! Да, именно шестнадцать. Как раз в то лето, когда она окончила Мельниграцкую школу для девочек, готовилась к поступлению на медицинские курсы и безоглядно влюбилась в Марти Пестона с соседней улицы, — именно в то лето Григ прочитала знаменитую поэму Баса дер Кольдера ""Летящие на драконе"".