Голод

Чудо, которое хотелось привязать к кровати и совершить массу приятных действий сексуального характера до потери сознания…его…моего. Нашего!

Видимо, так и не дождавшись от меня ответа на его отрешенное приветствие, мужчина приподнял свою голову, бросив на меня пронзительный взгляд исподлобья, сквозь свои черные ресницы.

И, глядя в его прекрасное лицо, мне показалось, что сегодня доктор Рич выглядел особенно уставшим и задумчивым, чем когда бы то не было до этого, словно что-то глубоко внутри терзало его.

Я перестала дышать совсем, когда его синие глаза медленно и основательно прошлись по моему продрогшему телу, начиная от кончиков пальцев ног, и заканчивая тщательно расчесанными ещё слегка влажными волосами, особо долго задержавшись на моей застывшей груди и обкусанных губах.

Когда он поднял голову, я просто забыла, о чем думала до этого, потеряв себя в который раз, потому что глаза Ричарда стремительно темнели, наполняясь штормом и бурей, которые сносили меня напрочь!

Меня и мой рассудок, который сдувало порывами его стихии куда то на край земли, где была лишь только бездна.

Бездна, полная горячей лавы моего желания!

- Как ваше самочувствие, мисс Вин?

Холодный голос доктора Рича начинал плавиться от молний в его глазах, когда его грудь неожиданно резко поднялась и так же резко осела, подарив моему трепещущему взору пробивающиеся сквозь одежду бусинки его сосков.

- Хорошо…– отрывисто выдохнула я, с трудом оторвавшись от вида его груди, лишь для того, чтобы утонуть в бушующем океане, который пронзали вспышки молнии.

Черная бровь доктора Рича пакостно изогнулась, когда он промурлыкал своим низким бархатистым голосом:

- На самом деле? Значит, вам не нужна моя помощь?

Что-то внутри меня предательски сжалось, пискнув, но жар тела не дал этому импульсу разрастись и перерасти в осознанную мысль, потому что кровь шипела в венах, заполняя мышцы ноющей негой, умоляющей о его помощи.

ДА! Пойди, коснись, завладей мной!

Сделай что-нибудь!

Прекрати эти мучения, потому что я схожу с ума!

Колени дрожали так сильно, что я отступила назад, прижавшись спиной к закрытому шкафу, не в силах оторвать своего пылающего взгляда от его холодного, надменного лица, где сияли ревущим океаном синие глаза, выражая все то, о чем он никогда не скажет.

- Так мне помочь?

Его приглушенный томный шепот был наркотиком, от которого я уже не излечусь никогда.

Но я не могла и шелохнуться, боясь, что я снова сплю и что могу спугнуть его.

Лишь рванное дыхание говорило за меня сильнее и горячее, чем я могла бы сказать словами.

- Ты облизываешь губы, котенок.

Боже! Его голос и эти глаза отбирали моё сознание и отключали разум, когда я могла думать лишь о его чувственных губах и этом гибком мощном теле, которое сейчас было так близко.