Голод
Это было, как сорняк, который невозможно вырвать с корнем навсегда…. …и ты погрязнешь в нем Словно в наркотике… Ты будешь убеждать себя, что сильнее и выше этой беды. Но ты не сможешь… В тебе не будет сил… Будет лишь желание. Твое огромное, жуткое, всепоглощающее, извращенное желание, которое завладеет тобой быстро и умело. Отныне вся твоя жизнь...
Я уехал почти сразу после смерти отца, и все заботы разом легли на его плечи. Две семьи. Клиника. Ричард работал с отцом, не вдаваясь в подробности и тонкости управления клиникой. Ему пришлось всему учиться самому. Мучительно и долго, пока я пытался найти себя, покинув его и маму. Но за всё это время брат ни разу не пожаловался, ни разу не упрекнул меня. Он продолжает все тянуть на себе, и пришел час, когда я должен помочь ему. Я должен внести свою лепту в империю Ричардсон, как об этом мечтал наш отец.
- Мы откроем её, Генри, - мягко и уверенно улыбнулась мне девушка, несколько раз быстро моргнув своими длинными ресницами, чтобы прогнать непрошенные слезы в уголках её глаз, - Всё будет так, как хотел ваш папа.
Вот мы и добились своего, девочки будут рядом, они станут частью нашей жизни, как и мы – их, но у меня не было сил радоваться этому, потому что близость её тела затмило собой всё.
Пропала боль, пропала пустота в душе, и всё во мне горело и полыхало, разъедая прочие чувства, вгоняя меня в безумную лихорадку страсти и вожделения.
Я не мог оторвать от неё своих глаз, окаменев, чтобы не сметь касаться её даже кончиком пальца.
Сделай я это, и лед моих эмоций с треском разлетится, выпустив на волю моего монстра.
Словно почувствовав эту перемену во мне, девушка растерянно моргнула, сконфуженно и осторожно убрав свои ладони от моего лица, выглядя при этом очень смущенной и словно застигнутой врасплох.
Она опустила взгляд, словно пытаясь спрятаться от меня за своими длинными ресницами.
Но всё было тщетно.
Она ещё не знала, что теперь нет пути обратно. И ей нужно было просто смириться.
-Генри… - наконец проговорила Соня, не поднимая взгляда, когда её скулы начали розоветь, а кончики ресниц подрагивать, в такт участившемуся сердцебиению, - Не смотри на меня так!
- Как? – проурчал я в ответ, склонившись над ней, и притягивая её к себе ближе, не позволяя её сладкому аромату покинуть моё напряженное тело.
Я прекрасно знал, КАК я смотрю на неё.
Звериные инстинкты вырывались наружу, и я был готов буквально съесть её хотя бы только глазами. На первое время, пока буду учиться держать себя в руках, так долго, как только смогу.
- Так, что Кристиан Грей нервно курит в сторонке! - отрывисто выдохнула Соня, и впервые за этот вечер мои губы растянулись в улыбке, пусть даже немного плотоядной и хищной.

















