Горничная особых кровей

Я подскочила и обернулась. Центаврианин умудрился войти и подкрасться ко мне совершенно бесшумно. Мне стало неловко за свою недавнюю слабость, но я усилием воли затолкала эту неловкость куда подальше и приняла свой обычный, бойко-задиристый вид.

— Светлейший! Зачем вы приказали запереть меня в своих покоях?

— Дело горничной — слушаться, а не задавать вопросы.

К альбиносу прибежал Мелок, требовательно дернул за брюки. Владетелю ничего не оставалось, как поднять зверька. Тот сразу же устроился на плече хозяина, и его белая шерстка почти слилась с волосами мужчины.

— Мне нужно поесть, светлейший. А еще принять душ.

— Отужинаешь тем, что оставлю я.

«Как великодушно! Господин изволит жаловать служанке объедки!»

— …А принять душ, — промолвил он, приподнимая уголки губ, — ты можешь в моих покоях.

«Ха-ха-ха». Самое время воспитанной барышне смутиться и потупить взгляд. Хорошо, что я уже не барышня, и красиво тупиться не умею.

— Мне нужны свежее белье и свое полотенце, светлейший.

— Принесут другие горничные. И спать ты будешь здесь. Чтобы всегда быть рядом и в готовности исполнить любое мое повеление.

«Неправда, — сразу поняла я. — Ты хочешь держать меня подле себя, потому что знаешь — я могу умереть в любой момент». Спросить бы, почему он возится со мной, неизлечимо-неправильной горничной… Спасти хочет, или просто изучить мои энергии?

Скорее всего, второе. Я надела на лицо улыбку, ту самую, развязную, наглую, от которой у Гримми в жилах кровь вскипает, а мужчины начинают раздражаться.

— Я не блудница, светлейший.

— Знаю. Эти придут позже, — владетель не заметил моей улыбки, и задумчиво поглядел на тот костюм, что я трогала, сам коснулся мягчайшей ткани. — Подготовь для меня ванну, горничная. Погорячее. Безо всяких масел и солей.

«С ним играть бесполезно, — подумала я. — Это не простодушный Ветров. Этот видит меня насквозь».

Я прошла в ванную комнату, сполоснула огромную глубокую ванну, начала наливать воду. Пока собиралась горячая вода, я разглядывала обстановку. Все в молочно-белом цвете, только узор под потолком бледно-золотистый. Вот шкафчик со скребками и мягчайшими губками, полочка с эфирными маслами и солями, полка, заставленная натуральными шампунями и мылом — и это только в одном углу. В остальных, наверное, еще больше принадлежностей для гигиенических процедур.

И все это богатство для одного только владетеля!

Я представила, как скидываю свою постылую униформу и погружаюсь в эту огромную ванну, как хлопья пены чуть-чуть щиплют кожу, как расслабляются мышцы в горячей воде, и как волосы темнеют… Ах, такая ванна больше подходит мне, чем отмороженному центаврианину. Он не сможет отдать ей должное."

"Вода скоро налилась. Я тронула ее пальцем и быстро одернула — горячая, почти кипяток.