И только сердце знает

А то, что он еще не заключил союза с каким-либо лордом, делает его идеальной кандидатурой на место хозяина Клайдона.

— Значит, это была ваша идея?

Выражение лица Рейны придало очевидной лжи всю убедительность правды.

— Да, моя. Обсудив все условия заключаемого союза и не обнаружив ничего, что могло бы этому препятствовать, я решилась на то, чтобы предложить сэру Ранульфу контракт, который он и принял. Есть ли какие-либо причины, не позволяющие вам принять его в качестве вашего оверлорда, учитывая тот факт, что вы знаете, что именно я выбрала его?

Поставив свой вопрос подобным образом и произнеся его соответствующим тоном, Рейна пресекла любую возможность возражений.

Даже если таковые и были, то заявят о них позже, а пока оба вассала поспешно подтвердили, что согласны подчиниться сэру Ранульфу.

— Полагаешь, что другие мои вассалы будут также не против?

— Не вижу каких бы то ни было причин, мешающих им согласиться. Так же как и мы, они прекрасно понимают необходимость скорейшей вашей свадьбы с этим человеком, кандидатуру которого одобрил ваш отец.

— Отлично, ибо я уже отправила гонцов к сэру Генри и другим вассалам с этой радостной вестью.

Как только все соберутся, состоится свадьба. Что же касается моего отца, Симон, то он, несомненно, нашел бы в сэре Ранульфе много качеств, достойных восхищения и уважения. Вы отлично знали моего отца, следовательно, должны помнить, что более всего ценил он в людях честность, порядочность, силу и талант. Причем талант — превыше всего. Сила и талант сэра Ранульфа, естественно, вне сомнений, что же касается остальных добродетелей, то я на своем опыте убедилась, что они ему присущи. Мой отец был бы очень рад.

Трудно было сочинить что-либо более убедительное, чем эта речь. Все присутствующие без лишних вопросов согласились с Рейной, и остаток вечера прошел в спокойной, размеренной беседе, которая еще больше оживилась после того, как за стол хозяина замка был приглашен Уолтер. Его присутствие оказалось весьма по душе Ранульфу, который держался вполне естественно и даже поддержал светский разговор. В тот вечер не было за столом человека более красноречивого, чем Ранульф Фитц Хью.

Однако после ужина Симон все же задал Рейне прямой вопрос:

— Вы абсолютно уверены, миледи? Надеюсь, что вы не позволили его красоте оказать влияние на ваше решение?

Выслушав предостережение воина, Рейна громко рассмеялась:

— Успокойся, Симон.

Ты же хорошо знаешь меня. Неужели ты думаешь, что я позволила бы очаровательному мужчине завладеть моим разумом?! Я отнюдь не заблуждаюсь относительно того, чем именно я привлекла Ранульфа. Он попался на ту же приманку, что не раздумывая проглотили бы и Джон, и Ричард, если бы им предложили подобную сделку.