И только сердце знает

А она все еще не дышала, боясь даже пошевелиться, боясь прикрыть свою наготу хотя бы трясущимися руками, боясь того, что может сделать с ней в эту ночь этот непредсказуемый великан, ее муж.

— Итак, это был не сон, — сказал он.

Рейна враждебно взглянула на него, и ее взгляд встретился с его глазами, которые в этот момент казались темными, как никогда прежде, глазами цвета индиго… Он, очевидно, был весьма удивлен итогом своего осмотра, однако, кроме удивления, Рейна почувствовала в нем что-то еще, сильное, ошеломляющее, пока ей неведомое.

— Так это хорошо или плохо?

Ранульф лишь что-то невнятно проворчал в ответ. Она еще напрашивается на похвалу после всего, что ему пришлось пережить по ее милости?! Ей бы не стоило этого ждать, затаив дыхание. Но, черт возьми, как все-таки он был рад, что это действительно не сон, который в течение вот уже стольких дней преследовал его и днем, и ночью!

Теперь-то он отчетливо вспомнил, как она стояла посреди его походного ложа в коротенькой льняной сорочке, похожая на маленькую ведьму, готовую броситься с ним в смертельную схватку.

И снова сильнейшее желание обожгло все его существо, как это случилось с ним в тот день, когда он увидел ее мчавшуюся верхом на лошади. Но сейчас тело ее было абсолютно обнажено. Кто бы мог подумать, что под ворохом одежды эта женщина скрывает настолько совершенное тело?! Возможно, она и была хрупкого сложения, но ни один член ее не был длиннее или короче идеального размера, а каждая часть ее тела идеально сочеталась с другой…

Ему хотелось просто стоять и смотреть на нее, ему хотелось просто погрузиться в нее… И лишь одно раздражало его в этот момент: он не мог выполнить одновременно оба своих желание, однако он хоть что-то знал… Ведь в прошлый раз он не был уверен абсолютно ни в чем, сомневаясь, что этот самый раз вообще был.

Сегодня желание его было не менее неистово, однако он контролировал его, надеялся, что контролировал… Господи! Неужели он всегда будет чувствовать превосходство этой маленькой женщины?

Он опустил одно, а потом и другое колено на кровать и на этот раз скорее почувствовал, чем услышал ее стон и, посмотрев в ее ясные глаза, заметил то, что так непростительно упустил раньше.

— Вы боитесь? — неуверенно спросил он.

Ее кивок удивил его, но когда в его памяти пронеслось то утро после первой проведенной вместе ночи и его идиотский вопрос: “Я что, убил вас?”, — Ранульф, запинаясь, попытался начать снова.

— Вы, конечно же, знаете…

— Знаю.

— Тогда чего же боитесь? Думаете, я не такой, как остальные мужчины?..