Как достать профессора

Александра Анатольевна пришла к нам преподавать в прошлом году сразу после окончания университета, а фиалкой мы ее прозвали за слишком нежный нрав и изысканные манеры в стиле придворных дам девятнадцатого века.

— Благодарю, — высокопарно произнесла она. — Куда сядем? Пойдем к окну, сегодня замечательная погода, а из окна открывается отличный вид.

— Пошли, — согласился с ней «уголовник» и галантно добавил: — После дам.

Пришла моя очередь скрипеть зубами, когда Руслан Евгеньевич неожиданно вложил мне в руку тарелку с заварным пирожным и стаканчик кофе. Черного, без сахара.

Мой аппетит пал смертью храбрых, пока я смотрела, как Логинов галантно отодвигает для фиалки стул и помогает ей устроиться за столиком. Со злостью сжимала блюдце и изображала только что проявившийся столбняк.

— Это что сейчас было? — обалдело уточнила у меня Лиля.

— Утро поэзии, — зло прошипела я.

— Какие картофельные поля? Какой Аркадий? Поля, я чего-то не знаю? Пошли, не стой столбом.

Мы сели за свободный столик, подальше от воркующей парочки. Я же еще и спиной повернулась к Логинову, потому что один лишь его вид заставлял нервно дергать плечами.

Я лениво ковыряла ложкой пирожное. В горле стоял ком, а буря в груди не желала успокаиваться.

— Пошли отсюда, — потребовала я, резко подскакивая.

— Ладно, ты только успокойся, — примирительно попросила подруга.

С тоской глянула на пирожное, хозяйственно упаковала оба в пакетик, подхватила стаканчики с кофе и первая вышла на улицу.

— Приятного аппетита, — не удержалась я, проходя мимо жующей парочки.

— А вы почему не поели, Синицына? Аркадий сладкое не любит? — приподнял бровь «уголовник».

— Да, знаете, он у меня такой привередливый, — широко улыбнулась я. — Не стоило вам тратиться…

— Я сам решу, Синицына, чего мне стоило, а чего нет, — перебил меня «уголовник». — Идите уже заниматься и не прогуливайте больше занятия.

Как же он меня бесит!!!

Глава 8

Руслан

— Вставай, потомок обезьяны, кормить меня, потомка льва, — первое, что я услышал после пробуждения.

В щелке двери загорелись два глаза на хитрой моське, когда я приподнялся на подушке. Виола улыбнулась и просочилась в спальню целиком.

— Руслан, я есть хочу, — заканючила маленькая мартышка.

Десять лет назад мои родители решили, что одного вечно занятого ребенка им мало, и родили Виолу. Пожалуй, это единственная девушка, присутствию которой я радовался в своем доме. Даже Мирослава знала, что я люблю побыть один, и не докучала частыми ночевками, хотя свой лак для ногтей и несколько баночек в ванной все же оставила, дабы пометить территорию.

— Тебе десять, и ты умеешь жарить яичницу, — заметил я, поднимаясь.