Классная дама (СИ)

Миловидова тоже взмахнула рукой — этот кто-то не мог просто взять и войти, и ей пришлось прервать упражнения и подойти к двери, попутно полоснув меня взглядом как ножом. Юпитер, ты бесишься, значит, ты проиграл, и ты не спровоцируешь меня на необдуманные поступки. Ты не знаешь, кто я, а узнаешь… будет хуже. Тебе, а не мне. Ради общего блага я никому ничего не скажу.

— Анастасия Ивановна… вы не видели книгу? Вчера? Небольшую.

Я не ожидала услышать тихий голос, практически шепот, Окольной. Выходит, действительно только внешне ночью как будто ничего не произошло, и Окольная бегает по всей академии, пытаясь понять, куда пропала ее находка. И нет сомнений, что она перерыла весь дортуар, а может, даже соседние.

Я была убеждена, что в суматохе никто не обратил внимания на книгу и на то, что я ее забрала. Но даже если обратили, не скажут наверняка. Они не скажут, а я? Мое слово против их слова в любом случае всего лишь слова.

Все, что я хотела увидеть в классе танцев, я увидела, и повернулась к Окольной и Миловидовой. Что лепетала Окольная, я не слышала, а Миловидова покачала головой и быстро обернулась ко мне с непонятной гримасой. Это было сигналом.

— Простите, Анастасия Ивановна, — и я в очередной раз подивилась, насколько гибкая Софья. Эта козочка вовсе не так проста, но ленится показывать себя настоящую. — Книга, ах да… Юлия Афанасьевна, пойдем!"

"Ловко, с милой, очаровательной, сногсшибательной улыбкой королевы, продолжающей карать нечестивцев, я выскользнула из приоткрытой двери, обойдя Миловидову, подхватила Окольную под руку и повела подальше от чужих ушей. Браво, козочка моя, браво, браво, на тебя можно положиться, ты чудо. А вот Окольная нервничала всерьез, и меня пронзила внезапная догадка: с чего я решила, что эту книгу она отобрала у воспитанниц и устроила из-за нее скандал? Только потому, что Окольная держала ее в руках и била ей Перевозникову?

— Юлия Афанасьевна, дорогая, как вы? — с трогательным участием, в котором никак нельзя было заподозрить подвох — как вы могли обо мне так подумать?! — я развернулась к Окольной и преданно заглянула в глаза снизу вверх. — Ради Владыки, я… я так испугалась!

Она не может не помнить, кто распластал ее посреди коридора, а если не помнит, ей определенно сказали, и лучше объяснить, почему я это сделала, чем пытаться неуверенно выкрутиться.

Окольная прикидывала, можно мне верить или же нет. Я решила и дальше давить на самые лучшие свои намерения, даже если придется пожертвовать репутацией благополучной обеспеченной барышни.

— Одна… лавочница, с ней бывало так же, — я сознательно бессвязно выдавливала из себя слова, имитируя не самое приятное признание, и держала Окольную за запястья. Впрочем, Софья не слишком и актерствовала, а я — а мне было плевать.