Клиника одиночества

«Какой я дурак, Господи! – думал Стас, проверяя аппарат ИВЛ перед очередным наркозом. – В первую же минуту нужно было брать телефон! И адрес! Хотя бы фамилию выяснить! Но я решил почему-то, что у меня уйма времени! А о Варе и не вспомнил, идиот! Даже не подумал, что она может за мной прийти! Ведь раньше такого никогда не бывало. Ага, понял, почему я так на нее злюсь! Если бы она регулярно навещала меня на работе, я был бы начеку, но она нанесла удар внезапно... Первый раз в жизни я так обалдел от женщины, что забыл взять ее координаты! Что при первой встрече, что сейчас... Если подумать, судьба благоволит нам с Любой, она ведет нас своими тайными дорогами так, что мы все время встречаемся, наверное, хочет нас соединить... Но я не принимаю в дар от судьбы то, чего хочу больше всего на свете, нет, я не таков! Мне обязательно нужно создать кучу трудностей и преград, и добро бы я еще с ними боролся! Но я просто сижу и плачу!»

Это были такие гнетущие мысли, что Стас радовался наплыву больных. За работой удавалось забыть о собственной несостоятельности и о том, что самая желанная женщина потеряна навсегда.

Хирурги угомонились только в третьем часу ночи.

Стас аккуратно, стараясь не шуметь, осмотрел своих пациентов. Все койки заняты, и не просто все, а ВСЕ. То есть работают все аппараты ИВЛ, и даже если они оставят вновь прибывшего пациента на каталке, его некуда будет подключать. А ведь закон подлости действует в реанимационном отделении безотказно. Если отделение интенсивной терапии забито под завязку, значит, жди пару-тройку ком. И наоборот, если ты приходишь на смену и принимаешь пустые палаты, смело ложись спать – до утра никого не будет. Существует правило, согласно которому в реанимационном отделении обязательно должно быть свободное место. А медицина – это такая наука, где все законы обязательно срабатывают именно тогда, когда их нарушаешь. Можно сделать флюорографию тысяче человек и случайно пропустить одного, но именно у этого одного впоследствии обнаружится ужасающий туберкулез. Если врач не выполняет даже одно-единственное правило из многих в надежде, что обойдется, можно быть на сто процентов уверенным: НЕ обойдется.

Стасу очень не хотелось поднимать персонал хирургического отделения, но оставлять стационар без реанимационных коек он не решился.

Написав переводные эпикризы, он немножко расслабился и тут же ощутил сосущую пустоту под ребрами. «Я же с утра ничего не ел!» – сообразил Грабовский и принялся быстро делать бутерброды.

Не успел он положить на колбасу маринованный огурчик, как его вызвали в приемное отделение."

"С треском опустив трубку на ни в чем не повинный телефонный аппарат, Стас схватил реанимационный чемодан и побежал в приемное, на ходу откусывая от своего бутерброда.