Ключи судьбы

А теперь Вальга впервые увидел в Малуше очень молоденькую, но девушку, а не дитя. И ввысь она вытянулась, и на груди из-под платья кое-что уже выпирало…

А пуще того, она стала достаточно взрослой, чтобы осознать свои родовые права и обязанности.

Хотя какие у нее права, напомнил себе Вальга. Ее мать, Предславу, княгиня после деревского разгрома освободила, просто забрав назад в родную семью, и вновь выдала замуж. А Добрыня и Малуша, как дети деревского рода, остались пленниками. Навсегда. Ведь рода, что делает человека человеком, у них больше нет. Там все мертвы, а земля их – добыча киевских князей.

Они теперь что ветки срубленного дерева, участь их – сгнить.

– Княгиня… или мать тебе не рассказывала?

Малуша помотала головой. Страх не отпускал ее и даже усиливался, будто еще какое-то жуткое знание подошло совсем близко и вот-вот покажется на глаза.

– Нет.

– Ну вот… – Вальга сам не понял, доброе или худое дело он сделал, открыв Малуше то, что помнил. – Теперь знаешь. И то… не дитя ты уже.

– Он погиб тогда? Володислав? – У нее еще не поворачивался язык сказать «отец».

– Да, – подумав, Вальга все же кивнул.

 – Все говорили, что погиб.

– А где же погребен?

– Мне-то откуда знать? Я к нему с поминальными пирогами не хожу. Разве твоя мать не говорила?

– Не говорила.

– Значит, там, в гробле[20], и лежит по се поры. Или в ручье. Хотя дед твой, Олег Предславич, уж мог бы собраться, раскопать гроблю да погрести по-людски. Зять его все же… да и другие там. Небось из-под земли такой стон идет, что люди в округе жить боятся, – с горечью добавил Вальга. – Вот там и не живет, говорят, больше никто.

Малуша вздохнула. Не дождавшись новых вопросов, Вальга сделал ей знак идти дальше и сам пошел вперед.

Ни в семье, ни в дружине, ни у княгини, куда его иногда пускали посидеть с девками, не упоминали о первом муже Предславы, и он, зная повесть той зимы, не связывал ее мысленно с Малушей и даже Добрыней, с которым знаком был куда короче. Но ведь так и выходит: княгиня растит при себе детей деревского князя, убитого после того, как древляне убили ее мужа Ингвара…"

"Вальга покрутил головой на ходу. Лицом похожий на мать, от отца он унаследовал рассудительный нрав и сейчас не мог не радоваться, что его самого и его ближнюю родню это сплетение взаимной кровной вины задевает только краешком.

А вот Добрыне не позавидуешь…

* * *В следующие дни Малуша была сама не своя. Весь ее мир перевернулся, будто на глазах Сыр-Матёр-Дуб с острова Буяна кувыркнулся вниз ветвями, вверх корнями… да он же всегда так и стоит… кувыркнулся, одним словом. Место ее в этом новом мире оказалось совсем не то, что прежде, и теперь она пожималась, устраиваясь в нем, как в чужом платье не по росту.