Лабиринт

Первые секунды я не мог понять, что меня настораживает. А потом осознал — это леденящая тишина, которая охватила все вокруг. В нескольких метрах отсюда лилась кровь, вовсю разворачивалась живая охота, взбешенные от долгой неволи и сидения в клетке собаки рвали людей на куски, а выживших добивали охотники — но при этом сюда не доносился ни один звук. Словно вся усадьба была укрыта звукоизолирующим колпаком, под покровом которого десятки, а то и сотни неудачников попадают в кровожадные лапы смерти.

Я отворил дверь, направляясь твердым шагом в гостиную, которая утопала в полумраке. Словно скрывая в себе какие-то грязные тайны, а так же пытаясь усыпить мою бдительность. Огромного размера кресло, которое было повернуто ко мне спинкой, через несколько мгновений начало медленно вращаться и я увидел восседавшего на нем подонка Ахмеда. Кипельно-белый костюм словно только что отутюжен. Казалось, он светился в этой темноте, выделяясь ярким пятном. Ахмед вертел в руках бокал с каким-то напитком и наигранно улыбался. Восточное гостеприимство, бл***, в его лучших проявлениях.

— Какие гости пожаловали в мой скромный дом. Сам Граф… А что не предупредил-то? Я бы подготовился… — губы приняли привычный лицемерный изгиб, а в глазах — ярость. Полыхает, разгорается, только пламя ее — синее, словно заключенное в толстый слой льда."

"— Я никогда не предупреждаю о своих визитах, Ахмед. Или тебя можно застать врасплох?

— Ну что ты, что ты, дорогой. Для некоторых гостей мой дом всегда открыт… С чем пожаловал? Ворон послал или сам решил?

А вот и первая попытка сбить с ног, вывести из равновесия. Только хреновый из тебя провокатор, Ахмед. Мы это проходили и забыть уже успели. Что еще припрятал?

Я резко поднял руки, от чего он напрягся и резко двинулся вперед, но я, повернув в его сторону ладони и показав, что в них ничего нет, просто поправил воротник пальто. Боится, тварь, за свою шкуру, от каждого движения шарахается. И сейчас это выглядело особенно жалко. Он — в своем доме, в окружении вооруженной охраны, и я — один на один с этой нацгвардией. И один невинный жест вызвал в нем такую реакцию. Не так страшен черт… Я ухмыльнулся и ответил:

— Послать Ворон может разве что тебя, да и то — туда, откуда не возвращаются. Но пока не время еще. Пока… — зыркнул на него, вальяжно усаживаясь на мягкий диван, и, медленно поворачивая голову, демонстративно рассматривал напыщенную обстановку.

— Ищешь кого-то, дорогой? Может, скажешь, я помогу отыскать?

— Ахмед, ты разучился ценить свое время или намеренно затягиваешь? Жить охота, понимаю… Только давай заканчивать с этой комедией. Скучно становится, знаешь ли. Ты прекрасно знаешь, зачем я здесь…

— Ты не спеши, Граф.