Наследница Каменной пустоши

Заинтересовавшись, подошла ближе и прильнула к холодному стеклу. Внизу, над озером, вспыхивали яркие голубоватые огоньки, и их отражение тянулось почти до самого берега.

Мне стало не по себе. Что за очередная загадка? Не успеешь с одним разобраться, как тут же появляется что-то новенькое. Все-таки хлопотное это дело, наследство получать.

Я поставила бутылку с бульоном на подоконник, открыла дверь и выглянула из дома. Ничего. Ни огоньков, ни свечения, ни вспышек. Озеро внизу казалось темным и безмятежным. Неужели у меня начались галлюцинации? Как там Галка говорила? Наркота? Или это какая-то магия?

Со вздохом захлопнула дверь, прихватила бульон и пошла к лестнице.

Глава 8

В комнате Бергмана раздавались голоса. Я остановилась и прислушалась.

– Карл, как ты не понимаешь? – горячился Лекс. – Тебе нельзя показываться в Кертене!

– Это ты не понимаешь, – голос черного дракона звучал глухо. – Я двенадцать лет не был дома. Двенадцать, Лексор!

– И что? Несколько дней все равно ничего не решат, – стоял на своем Дессау. – Наберись сил, встань на ноги, а тогда уже и о возвращении можно будет думать.

В комнате громко скрипнула кровать.

– Ты что-то знаешь, – после небольшой паузы, напряженно произнес черный дракон. – Знаешь и скрываешь, – добавил он и резко спросил: – Что происходит в Кертене? Кто правит графством? Парсон?

– Когда бы я успел это узнать? – буркнул Дессау.

– Не лги мне, Лексор, – резко сказал Карл. – Ты не мог не спросить у Авьенуса. Кто меня замещает? Флайгер? Райли?

– Нет, – неохотно ответил Лекс. – Александр Шоэлли и его приспешники.

– Что? – придушено переспросил Бергман. – Короткая рука? Но как…

Он не договорил. В комнате повисла тишина.

– Тебя объявили мертвым, а Шоэлли сумел добиться, чтобы Кертен отошел ему по праву сильнейшего, – глухо пояснил Дессау.

Я услышала звяканье графина о стакан.

– Бьюсь об заклад, без герцога Сандрийского здесь не обошлось, – горько произнес Бергман и решительно добавил: – Я должен вернуть свое графство, Лекси. Должен! – повторил он.

– Просто так тебе Кертен никто не отдаст, – осадил его Дессау. – Посмотри на себя! Разве ты сможешь выступить против Шоэлли?

– Предлагаешь лежать здесь и тихо сходить с ума?

– Наберись терпения, Карл, – негромко произнес Лекс и твердо добавил: – Мы вернем земли твоих предков.

Я решила не дожидаться окончания разговора. Остывший бульон – самая невкусная вещь на свете, вряд ли он прибавит Бергману сил. Тихо постучав, приоткрыла дверь и вошла в гостевую.

Неяркий свет магических ламп горел лишь над кроватью, оставляя остальную часть комнаты в полутьме. Карл лежал на постели, закинув руки за голову, лицо его слегка порозовело, глаза блестели. Мне показалось, что выглядит он гораздо лучше, чем раньше.