Михаил II

Позавчера эскадрон лейб-гвардии гусарского и эскадрон лейб-гвардии уланского его величества полков вернулись в Петроград. Так что значимость завтрашнего события будет обеспечена и без ряженных казаками обычных кавалеристов. А форма-то осталась – значит, нужно её использовать. Будет символично, и наверняка эти фотографии попадут в газеты всего мира, когда прибывшего на самом современном двенадцатицилиндровом «Паккарде» нового русского императора встречают вытянувшиеся по стойке смирно пехотный и казацкий офицеры.

Я усмехнулся и добавил:

– Представляешь, Максим, чувства твоих сокурсников в Сорбонне, да и знакомых в Петрограде, когда они узнают в одном из офицеров на снимке в газете тебя.

Вот удивятся-то! Сам говорил, что раньше не очень хорошо относился к монархии, а тут на фотографии стоишь навытяжку перед царём. Рассказывал ты и то, что все твои знакомые считают тебя идиотом, который, имея такого влиятельного отца, не стал делать карьеру, а пошёл, считай, простым добровольцем на фронт. Ненормальность полная для твоих друзей и даже считающих себя патриотами. Не понимают они, что чистота помысла и порыв души иногда для карьерного роста бывает важней любых связей, денег и знакомств. Больше чем уверен, что любой ушлый и оборотистый твой ровесник дослужился максимум до подпоручика, а ты уже капитан, к тому же занимаешь теперь минимум полковничью должность. Вон у Николая Второго, кроме адъютанта полковника, был и генерал по особым поручениям. Кстати, предателем оказался!

– Как предателем?

– Да вот так! Именно генералу Кондзеровскому мы обязаны сегодняшним нападением на дворец. Этот гад узнал, что я отослал мехгруппу и спецгруппу на задание в Петроград, и по телефону сообщил об этом своему германскому хозяину.

Вот тот и направил финских националистов, обученных в Германии, чтобы они уничтожили русского императора. К этому делу были подключены и завербованные немцами, и наши предатели. Как раз их и должен выявить генерал Попов в Кексгольмском полку.

– Как генерал Кондзеровский предатель? Он же был доверенным лицом Николая Второго. Да и вы всегда с ним разговаривали любезно – уважали его.

– Вот так вот, Максим, обманул он всех, а сам все секреты Ставки германцам передавал.

Думаю, таких, как генерал Кондзеровский, вокруг властных структур много – слишком германцам хорошо известны наши секреты. Так что, дорогой мой адъютант, нужно быть бдительным. В связи с этим есть у меня для тебя поручение. Когда приедем в Петроград, внимательно наблюдай за встречающими. Если заметишь, что кто-то удивлён моим появлением, бери того господина или барышню на заметку. Если сам его не узнаешь, то осторожно попытайся выяснить фамилию этого человека. Вечером доложишь.