Навеки твой. Прощай

- Это точно, - Таир потянулся так, что хрустнули кости. И резко встал, - пойду, поплаваю. Хочешь со мной?

Отец упрямо качнул головой. И больше они не возвращались к тому разговору. А когда уже вечером Таир в смокинге спустился вниз, отец его даже провожать не вышел. Так явно давая понять, что не одобряет его решений. Однако если по каким-то другим вопросам Таир во многом прислушивался к отцу, то тут он намертво стоял на своем.

Ежегодный рождественский благотворительный бал по традиции проходил в театре. Леру Таир заметил сразу. Так было всегда. Он ее чувствовал каким-то непостижимым разуму образом.

В детстве, если ему нужно было ее найти, он каждый раз безошибочно угадывал, в какой части дома она находится, и просто шел туда. Странно, но тогда он совершенно не понимал, как это дико, как невозможно редко, и воспринимал такое положение вещей как должное, а только теперь… запнулся, обещая, что непременно обдумает это позже.

Лея стояла в стороне. Будто желая избежать лишнего внимания. Будто действительно верила в то, что это было возможно, когда на ней великолепное золотистое платье в пол, а все вокруг мерцает в лучах льющегося у неё изнутри света.

Спина прямая, как палка. Улыбка не сходит с губ… А ведь она не могла не слышать шепоток за спиной. Ведь все кругом гадали – вернулась ли она к мужу. И снисходительно жалели дурочку, которая посмела вынести сор из избы на публику, чтобы потом пойти на попятный. Единственное, что не вписывалось в картинку, которую эти идиоты приняли за чистую монету – так это то, что Лея в этот раз встречала гостей одна.

Таир взял у проплывающего мимо официанта бокал шампанского, чтобы занять нервно сжимающиеся в кулаки руки, и… вышел из тени, наверняка привлекая к ним двоим еще больше внимания.

Лера разговаривала с греческим послом, когда он попал в её поле зрения. Она что-то ответила седеющему ловеласу и любезно ему кивнула, сложив губы в подобие улыбки.

- Лея, - Таир протянул руку, вынуждая ее уделить ему чуть больше внимания. В конце концов, на глазах у всего честного народа, который прилип к ним взглядами, ничего другого ей не оставалось. И она протянула ладонь в ответ. Вместо рукопожатия, Таир наклонился, поднес ее ручку к губам и поцеловал. Ее глаза потрясенно расширились, а по рукам стайкой побежали мурашки.

- Господин Уваров… Спасибо, что нашли время в вашем плотном графике, чтобы быть здесь.

Дежурные слова, которые она говорила наверняка каждому в этом зале. Плевать. Он вообще пропустил их мимо ушей, пораженный своей странной сбивающей с ног реакцией на их близость. И этими чертовыми мурашки, которые оказались настолько говорящими, что любые произнесённые вслух слова просто утратили смысл. Если она так на него откликалась…

- Мне это в радость.

Лея взволнованно облизала губы.