Беременная от моего сына

На тебя похож, — говорю чистую правду, но знаю, что ребенок ещё может поменяться.

Зато сейчас эти слова радуют Максима. Его губы вновь плывут в довольной улыбке и он тут же достает смартфон из кармана, неловко спрашивая, можно ли сфотографировать сына.

— Для инстаграм, — поясняет он. — Я только ладошку или пятку сфоткаю.

— Хорошо, — соглашаюсь.

Прекрасно понимаю его стремление поделиться своим счастьем с окружающими, пусть даже посредством инстаграма. Макс делает несколько фото, после чего обрабатывает их специальными фильтрами, добавляет милую надпись и показывает мне, чтобы я одобрила. Сама я не зарегистрирована в инстаграме, но данная фотография кажется мне очень и очень милой.

— Выкладывай, хорошая фотка, — произношу и целую Алёшку в лобик.

Сын уснул и я сама бы не прочь поспать после родов.

— Спасибо за сына, Насть, — Макс неожиданно склоняется над кроватью и коротко целует меня в щёку.

Именно в этот момент дверь в палату открывается и на пороге показывается Артур. В медицинском халате и бахилах. Его карие глаза внимательно смотрят то на меня, то на Алёшку, то на Максима. Уголки его рта слегка дёргаются вверх и он достает из-за спины роскошный букет цветов.

— Макс, ты кое-что забыл.

Максим перенимает букет у отца, протягивает его мне и ещё раз целует, только теперь уже сына. Отстраняется, кладёт цветы на столик, который находится поблизости.

— Спасибо, — говорю негромко и ошарашенно смотрю на Артура. — Я даже не ожидала, что будут цветы.

Да что там, ещё месяц назад я думала о том, что после выписки нас никто и не встретит, кроме Аньки.

— Поздравляю, Насть, — произносит Артур низким хрипловатым голосом, направляясь на выход. — Ты заслужила.

Глава 29

Артур.

Когда вхожу в палату, то первым делом мой взгляд цепляется за Настю. Она лежит на широкой кровати и прижимает к себе младенца. Уставшая, обессиленная, с искусанными до крови губами. Слишком сильная девочка в свои двадцать. Она смотрит на Алёшку особенным взглядом, наполненным любовью и радуется банальным цветам, которые я купил при роддоме.

Мне не нужно проводить ДНК-тест, чтобы убедиться в том, что ребёнок, который мирно лежит у Насти на руках — сын моего Макса. Слишком много похожего в них — волосы, глаза, губы, тон кожи. Максим светится от радости, словно новогодняя ёлка. Счастливый, прижимающий к себе малыша и … маму. И чтобы не рушить идиллию между ними, такую хрупкую и на грани, я решаю выйти.

Уже в коридоре слышу, как Макс окликает меня и просит, чтобы я подождал его в автомобиле. Выхожу на улицу где, не прекращая, валит снег, и останавливаюсь внизу, спустившись со ступеней.

— Твоя тоже родила? — слышу мужской голос откуда-то справа и равнодушно поворачиваю голову.