Одноклассники smerti

Вытянулась на постели, включила аккуратный, домашнего вида ночник, пощелкала пультом кондиционера… В голове мелькнуло иррациональное: «Ну и пусть чуть не убили. Зато как в той пословице: друзья в беде познаются. Вон Димочка как беспокоится. И Иришка, хотя и ночь, из своего поселка сорвалась…»

Надя взглянула на часы: начало одиннадцатого. А Ишутиной до сих пор нет, хотя обычно она гоняет на своем «БМВ», словно дьявол. Пробки, что ли, до сих пор не рассосались? Или она по ночным магазинам мечется? Апельсины скупает? А может, ее на входе в больницу тормознули? Хоть и крутая Иринка, но вдруг местная охрана из неподкупных?

Надя даже хотела еще раз звякнуть Ишутиной на мобильник, но удержалась. Чего зря человека дергать? Лучше, пока одиночество и тишина, собственные мозги поднапрячь. И хотя голова, «спасибо» сотрясению и контузии, до сих пор дурная, можно попробовать сложить мозаику из множества деталей, но с ответом на единственный вопрос: «Кому же все это нужно?! » Степке — исключено.

Соседу Стасику — тоже.

Может быть, они с Леной и Ирой, будучи школьницами, сами того не ведая, обидели кого-то еще?

Но как ни мучилась Митрофанова, а, кроме Ивана Адамовича, никакого потенциального врага она вспомнить не могла. Они с девчонками, конечно, были дуры и хамки, но борзели всегда в меру. Или «по-мелкому», как говорила Ирка Ишутина. И Надя с ней согласна — некому им мстить. К тому же сейчас, спустя десять лет…

Но все равно: один момент прояснить надо.

…И Надя, едва Ирина (часы уже показывали одиннадцать) появилась на пороге палаты, вместо приветствия выпалила:

— Ирусь! Я от тебя не отстану! Скажи. Тебе историк в аттестат пятерку за какие заслуги поставил?..

Лицо подруги (глаза усталые, макияж слегка растекся) мгновенно погрустнело.

— Надька, Надька, — укорила Ишутина. — Ты неисправима.

— Ир. Пожалуйста. Ответь, — твердо повторила Митрофанова.

Но на Ишутину где сядешь, там и слезешь.

— Во-первых, здравствуй, — спокойно произнесла та. — Во-вторых, я дико рада, что ты жива, и вот тебе апельсины. — Она бухнула на кровать яркий бумажный пакет. — Настоящие, марокканские. А в-третьих… — Ира стремительно, как все, что делала по жизни, подошла к изголовью постели, присела на краешек, коснулась Надиной руки, — вот совпадение! Я сейчас всю дорогу о том же самом думала…

Ира прикрыла глаза, покачала головой.

— И что? — поторопила ее Митрофанова.

— Да то, что чепуха это, — раздраженно бросила подруга. — Не историк убийца! Не за что ему нас убивать!

— А по-моему, как раз есть за что! — возразила Надя.

— Ты — как моя секретарша! — окончательно разозлилась Ирина. — Вечно нафантазирует себе всякой ерунды, а потом лезет ко мне с глупостями!"

"— Ничего себе ерунда! — возмутилась Митрофанова.