Огнев на линии любви

Разбрасывайся своим дерьмом, но умей за него ответить.

– Ответить как ты?

– А хотя бы и как я…

Не дожидаясь его слов, иду к начкару и докладываю о своем желании получить отпуск. Степаныч с треском, но все же отправляет восвояси. Значит, еще пара недель есть в запасе. Грудь словно сверлом пробивает. Терпения ноль.

Придаю ускорение шагам и, проигнорировав парней, уезжаю из части. За время моего отсутствия, по словам Иваныча, Саня еще больше завладел умами жалостливой публики, отсюда делаю вывод: искать новое место надо мне, а не бывшему другу.

Подъехав к школе, стучу пальцами по рулю и поглядываю на крыльцо. Как только вижу светлую норковую шубу и нежно-розовую шапку, выскакиваю на улицу.

– Антон, – ласково улыбается Фюрер. – А мы с Ленкой как раз про тебя разговаривали.

Подруга ее смущается.

– Кости мыли, значит? – ухмыляюсь.

– Почему мыли? – фыркает Еся. – Так… тряпочкой прошлись. Чтобы отполировать.

Ленка ее смеется, прощается с нами и убегает в сторону кафе, а я подхватываю женскую сумку и ворчу:

– Тяжелая какая…

– Там тетрадки.

Еся умиротворенно вздыхает и берет меня под локоть. С загадочным выражением лица садится на переднее пассажирское.

– А мы куда? – хмурится, понимая, что я меняю привычный маршрут и съезжаю с проспекта на первом перекрестке.

– На кудыкину гору, – обхватываю холодную узкую коленку и тут же грею вторую.

Еся берет руками мою ладонь. Сжимает ее доверчиво.

– Воровать помидоры? – тихо спрашивает."

"Ее аккуратный животик виден даже в верхней одежде. Задев его взглядом, пялюсь в лобовое и довольно улыбаюсь:

– Наворовались уже. Больше пока не надо…

По пустынным дорогам добираемся до нового спального района. Он чуть меньше ценится агентами по недвижимости, чем тот, где мы живем, но до школы будет ближе. И детский сад прямо во дворе, в котором сейчас паркуемся.

– Это то, о чем я думаю, Антон? – радостно загораются светлые глаза и тут же гаснут.

Я качаю головой.

– Вырубай свой калькулятор, Фюрер. Вижу, уже сидишь деньги в уме складываешь.

– Но как? Антон? Ты что, ограбил кого-то? – волнуется.

– Никого я не грабил. Залог внес из того, что было. Остальное добью в течение месяца – и квартира наша.

– Чем добьешь? – ахает.

– Ямаху на торгах покупаю. Четырехцилиндровый зверь. Подшаманю и продам, – подмигиваю ей. – Не бери в голову. Нормально все будет.

– Ты сдурел, – смеется Еся, но вроде с каждой секундой становится все довольнее. – Зачем нам торопиться? Потом бы успели…

– Нормально все. Смотреть-то будешь? – лениво киваю на подъезд.

Фюрер склоняет голову и с восторгом глазеет в окно на ультрасовременную двадцатипятиэтажку с фасадами цвета мокрый асфальт.

– Еще спрашиваешь? – хлопает в ладоши. – Конечно, буду.

Глава 40.