Огнев на линии любви

Так и не скажешь, что в бюджетной организации трудишься. Ни дать ни взять Дональд Трамп в молодости.

– Да иди ты, – усмехаюсь.

Мой одноклассник давным-давно работает в головном отделении банка. Видимся мы редко, но, если чего надо, всегда друг друга выручаем.

– С бабулей что-то, Тох? В смысле, не на операцию деньги-то? А то ты скажи, соберем всем миром…

– Не. Бабуля пироги стругает, только в путь… – прищуриваюсь, прокручивая в голове все возможные финансовые расклады. – Все, как всегда, слава богу. Правнуков ждет.

– Ого. Здоровья бабе Лизе. Ты серьезно? С правнуками-то?

– Конечно! – с гордостью восклицаю. – Или правнучек. Неясно пока. Там какие-то проблемы сразу это узнать. Подождать надо…

– Ну поздравляю! Двойня, что ли?

– Ага. Мы демографию оптом поднимаем. Так что с деньгами?

– Сейчас все разузнаю.

– Спасибо, дружище, – заметив у себя за спиной Зародыша, хмурюсь. – Набери потом.

Отбиваю звонок и прячу мобильный в нагрудном кармане. Жму кнопку на брелке сигнализации, чтобы закрыть тачку. Морозный воздух бодрит не хуже предвкушения реакции Есении на сюрприз, который для нее готовлю.

– Уже и деньги занимаешь, – тут же вступает с сольной партией Саня. – Я же говорил!..

Останавливаюсь посреди улицы. Ладони сжимаю и разжимаю. Втащить ему, что ли? Когда-то должен ведь быть предел?

– Че ты заладил как баба? «Я же говорил, я же говорил…»

– Ей только бабки нужны, – продолжает Саня. – Три ляма. Ты сдурел, Антох?!

– Я у тебя советов не спрашивал. И мою женщину не трогай. Вынуждаешь разговаривать по-плохому.

На последних словах во всегда спокойных, как озера, глазах что-то происходит. Будто камень на водную гладь кинули, и круги один за одним пошли.

Смотрю на Саню прямо. Без малейшего стеснения или неуверенности.

Моя женщина. Мои дети.

Мои коты. Зассанцы, но мои же. Так и дал бы по хребтине. Столько обуви перепортили.

Выкуси, блядь, Зародыш! Все мои!

– Подумай как следует, – продолжает бухтеть. – Сегодня три ляма, завтра че? Десять будешь занимать?

Уперев руки в бока, озираюсь. Нет никого. Может, и правда втащить? Для друга вроде как пиздюлей не жалко.

Услышав, как в гараже хлопает дверь, прощаюсь с этой идеей. Начальство потасовку возле пожарной части точно не оценит. А мне отпуск горит подписать. Ни жить, ни быть как надо.

– Сань, че ты докопался? Говори прямо. Хочешь подраться? Давай подеремся.

– Я в отличие от тебя братву на сиськи не меняю. И драться с тобой не намерен, – обижается.

– Тогда в чем вопрос?

– Хочу, чтобы ты мозги включил.

– Оскорбляя мою женщину? – завожусь.

Он злится. Злится, но молчит. Не возражает.

– Уж такой характер у меня, – разводит руками. – Прямолинейный я, Антох. Че думаю, то и говорю.

– Если внутри у тебя помойка, не надо оправдывать это характером, Сань.