Опаленная судьбой
Леон Аристидес узнает, что по завещанию погибшей сестры часть семейного состояния уплывает в чужие руки. Он решает встретиться с наследницей и переиграть дело в пользу своей семьи. Но встреча эта приносит самые непредвиденные плоды...
Еще нужно добавлять что-то? — Она увидела, как его лицо помрачнело.
— Ты поняла Луизу. — Леон положил драгоценности в карман брюк. Их глаза встретились, и он шагнул к ней. — Это невежливо с моей стороны, но я не желал тебя смущать.
— Ты сама предупредительность, — съязвила Хелен.
Он схватил ее за руку и привлек к себе.
— Она была моей любовницей, и мне очень жаль. — Его губы изогнулись в улыбке. — Тебе не стоит ревновать, я положил конец этому роману еще до свадьбы. Клянусь, с тобой другой женщины мне не нужно.
Хелен попыталась вырваться из его цепких рук
— Ты, должно быть, думаешь, я сумасшедшая, если поверю тебе.
— Ты закончила? — спросил Леон, прижимая ее к себе.
Хелен пронзила его пылающим от ярости взглядом.
— Да защитит Господь Николаса. Позор — иметь такого отца. У тебя же нет морали. И не притрагивайся ко мне больше.
Конечно, Леон не святой, но он умеет держать слово. И даже когда Луиза умоляла его заняться с ней любовью, он ушел, закрыв за собой дверь. Не очень галантно, зато честно. Он не заслуживает подобных оскорблений."
"Леон резко толкнул жену на кровать и придавил своим весом к матрасу. Ее тело изогнулось, волна мелких конвульсий прокатилась по ней, и она потеряла счет времени, превратившись в комок наслаждения и захлебываясь сладостными стонами.
Тело в который раз предало ее...
Они замерли, слушая бешеный стук сердец.
Леон приподнялся на локте и заглянул в ее затуманенные страстью глаза.
— Думаю, мы можем забыть твою последнюю реплику, — тихо начал он. — Ты не можешь сопротивляться страсти и желанию, которые каждый раз нас охватывают.
— Это говорит твой эгоизм, — отрезала она.
— Не факт, и чтобы доказать тебе это, я действительно не притронусь к тебе, пока ты сама меня не попросишь, — улыбнулся он.
— Размечтался. — Хелен хотелось уничтожить мужа, в душе она признавала его правоту. — Я живу с тобой ради Николаса. Кстати, шрам в паху у меня не от аппендицита, а из-за несчастного случая. Поэтому, если ты тешишь себя иллюзиями о моей беременности, забудь. Я не могу иметь детей.
Его реакция оказалась неожиданной: он ласково погладил шрам рукой.

















