От Лукова с любовью

Как раз в тот момент, когда я коснулась ее макушки, она обернулась.

– Джесмин, – взвизгнула Руби, которая была чуть старше меня, протягивая ко мне руки, которые словно в нерешительности замерли на полпути между нами. Она всегда была нерешительной.

Я даже не вздохнула, я только обвила ее руки своими, заметив, что ей потребовалась целая секунда для того, чтобы обнять меня в ответ.

– Я все время заезжаю сюда, и ты меня никогда так не обнимаешь, – фальцетом произнес Джоджо, сидевший за столом напротив.

Не выпуская Руби из объятий, я повернулась к нему и сказала:

– Потому что она никогда не заходит в ванную, когда я принимаю душ, и не выливает на меня кувшин ледяной воды.

– Ты все еще злишься из-за этого? – спросил мой брат, ставя локти на стол и ухмыляясь так широко, что всем стала видна щель между его передними зубами.

– Ты сделал это на прошлой неделе, – напомнила я ему. – И двумя неделями раньше.

– Я только пытался помочь тебе… – начал он говорить прежде, чем сидевший рядом с ним Джеймс довольно сильно толкнул его локтем, чтобы привлечь его внимание, пока тот потирал свою руку. – За что?

Джеймс показал глазами за мою спину, еще раз двинув локтем свою половину.

Теперь или никогда?

– Иван подвез меня до дома, потому что у меня не завелась машина, – объяснила я, наблюдая за всеми ними, все они, даже мама, стоявшая у духовки, повернулись и пытались заглянуть мне за спину. – Внимание все, это Иван, Иван – это все.

Мой брат взвизгнул. Джеймс снова толкнул его локтем. Моя сестра Тэйли захлопала глазами. Рука Руби, лежавшая у меня на пояснице, дернулась. Мама не отреагировала никак, точно так же, как красивый блондин и муж моей сестры, сидевший на табурете справа от меня.

– Привет, – обратился к ним Иван, вероятно решивший быть вежливым.

Ему ответила мама:

– Привет, Иван, – обходя остров и вытирая руки о фартук, надетый поверх ее одежды. – Приятно снова увидеть тебя.

Он ответил что-то, но я не расслышала, когда рука Руби на моей спине пошевелилась и она, наклонившись, прошептала мне на ухо:

– В жизни он такой высокий и красивый.

Я окинула взглядом мужчину за ее спиной, который, развернувшись лицом к столу, начал собирать разбросанные по столешнице деревянные блоки.

– Я скажу Красавчику, что ты пялишься на другого парня.

– Ты зануда, Джесмин.

Улыбнувшись, я снова прикоснулась к ее макушке. Она последней из моих братьев и сестер уехала из родного дома, и, хотя с тех пор прошло уже шесть лет, я все еще скучала по ней так, словно это случилось вчера. Хотя я была довольно близка с Джонатаном, в том смысле, что мы с ним оба были с приветом, ближе всех мне всегда была Руби. Мама говорила, что это потому, что мы были полными противоположностями. Как с Кариной.