От Лукова с любовью

Я чуть было не спросила его, какого хрена он на меня пялится, но передумала, вспомнив, что согласилась попробовать подружиться с ним. О чем, черт возьми, я думала?

– А меня ты оттолкнула бы, если бы я оказался на пути у машины? – спросил Джоджо.

– Нет. Но я нарвала бы каких-нибудь красивых цветов на твои похороны.

Он нахмурился и показал мне язык. Я тут же показала язык ему. Поднеся средний палец к лицу, он почесал кончик носа. Я погладила своим бровь.

– Джесмин, прекрати, – застонала мама. – Не при гостях.

– Но он… – начала я, показывая на Джонатана, прежде чем замолчать и покачать головой.

Брат очень тихо произнес «хе-хе», но я тем не менее его услышала.

– Ужин почти готов. Ты пойдешь в душ, Джесмин? – спросила мама как раз в тот момент, когда Тэйли подошла к Ивану и представилась. Во всяком случае, я так предположила, когда она обняла его.

Я, глядя на них, кивнула:

– Угу.

Иван одарил мою сестру улыбкой, которой я не видела прежде… и от этого я почувствовала себя странно. Тэйли была копией мамы в молодости. Красивой, стройной, с рыжими волосами, белой кожей и такими чертами лица, которые не мог имитировать ни один пластический хирург.

Я не могла припомнить ни одного раза, когда я, выходя с ней куда-то, не замечала, чтобы кто-нибудь не разглядывал ее или не клеился к ней. Она так привыкла к этому, что уже не обращала на это внимания. А я давным-давно перестала переживать из-за того, что она такая красивая.

Просто одни выглядят лучше, чем другие. Возможно, я не была такой же красивой, как моя сестра, но я могла дать ей пинок под зад и почувствовать от этого облегчение. Но Тэйли была бы той, кто помог бы мне зарыть труп… если бы мне это когда-нибудь понадобилось.

– Тогда иди в душ, – потребовала мама. – Я не хочу, чтобы лазанья сгорела.

Я кивнула и взглянула на Ивана, который все еще разговаривал с моей сестрой.

– Иван, я покажу тебе, где туалетная комната…

– Хочешь, сыграем еще разок в «Дженгу»? – спросил его Джонатан, не дав мне договорить.

Я моргнула.

Пока я хлопала ресницами, Иван ответил:

– Конечно.

Что?

– Иди в душ, вонючка, тогда мы сможем поесть, – поддержал маму Джоджо.

Осмотревшись, Иван, должно быть, прочитал на моем лице «какого черта?», потому что его губы, похожие на сладкую розовую вату, изогнулись не то в усмешке, не то в улыбке.

– Да, вонючка. Иди в душ, – повторил он, как кретин.

– Он тоже не принимал душ, – сообщила я.

– От меня не пахнет, – сказал Иван.

– От меня тоже.

– С этим можно поспорить, – кашлянув, произнесла Тэйли.

Я моргнула и проигнорировала ее, потому что знала, что произойдет, если я потеряю контроль над ситуацией.

– Иван, ты не обязан оставаться, если не хочешь. Я уверена, что у тебя есть более интересные дела. Пойдем наконец, я покажу тебе, где туалет.