Отражение

Она пронзительно смотрела на меня, как опытный прокурор, и даже не пыталась помочь, наблюдая, как я неуклюже промываю руки перекисью.

– Пару недель назад она пришла ко мне и попросила восстановить ее в должности. Моя помощница на тот момент не соответствовала требованиям компании, и я согласился. Фрея Филипс обладает сомнительными моральными устоями, но как сотрудник вполне квалифицирована.

– То есть ты отрицаешь, что ваши прежние отношения возобновились? – в лоб спросила Мила. Я опешил. Вот это напор. И главное, даже соврать неудобно.

– Нет, ничего нет. Зачем мне это нужно? Для чего тогда было жениться?

– Это ты мне скажи.

– Ты же сама была подружкой невесты на нашей свадьбе.

– Была, – кивнула Мила, – Но я так и не поняла, что тебе нужно на самом деле.

– Мы вернулись к нашим рогам и копытам? – усмехнулся я. – Ты меня недолюбливаешь.

– Точно. И я тебе не доверяю. А после того, что сегодня увидела, тем более. Больше скажу, я обо всем непременно сообщу Анжелике. Пусть она решает, что ты за человек, – Мила упрямо вздернула подбородок, и я понял, за что Энжи так ценит подругу. Такая преданность достойна уважения.

– А, если она знает, что я за человек? И ее устраивает? Ты не думаешь, что твои выводы и история, рассказанная предвзятым свидетелем, причинят ей боль? – мягко спросил я, закрывая аптечку. Руки саднило, но кровь больше не текла, – Подумай хорошенько. И не только о себе. В тебе говорит острая антипатия в мою сторону. А, если я говорю правду? Представь, что тогда будет? Ты наговоришь Энжи много лишнего, приправленного своими неправильными заключениями, и она поверит, и будет страдать.

– Лика уже страдает. Ей плохо с тобой. Я же вижу…, – Мила отвернулась, задумчиво уставившись в окно.

 – Ты же псих, я ей всегда говорила, что ты ненормальный. А сегодня убедилась. И не убеждай меня в обратном. Ты же сам не помнишь, что случилось?

– Нет, – признался я, – Расскажешь?"

"– Я видела только заключительную часть. Ты швырнул бедного парня в сторону окна, он ударился головой, потом упал и не шевелился. Ты ни его, ни меня не видел. Отошел в сторону и сел на пол, у стены. Разглядывал свои руки, как шизофреник из психушки. Я безуспешно пыталась тебя привести в чувство, потом появилась Фрея.

Она вызвала службу безопасности. Они в свою очередь набрали номер Эдварда Эванса, и буквально через три минуты появился доктор. Он вколол тебе целый шприц какой-то дряни, и ты отключился буквально на пять минут. А потом доктор занялся Ирвингом. Дальше ты видел, – Мила поджала губы, сурово взглянув мне в глаза, – Врач точно знал, что за лекарство нужно ввести. И ты с ним знаком. Не хочешь ответить откровенностью на откровенность? Ты болен, Эванс? Он твой психолог?

– Ричард не психолог, и я не псих, Мила.