Кровь на клинке

Тут можно было найти и богато украшенное оружие, и контрабандные ковры, и шелковые ткани, которые оказались в империи непонятно какими путями. Глядя на это богатство, Руслан только головой удивленно качал. С первого взгляда становилось понятно, что большая часть этого изобилия привезена минуя таможню, но Шатуна это мало волновало. У него имелись свои задачи, и влезать в чужую епархию он не собирался.

Наткнувшись на арбу, с которой бойкий дедок ловко торговал тканями, Руслан вспомнил, что еще ни разу не порадовал знакомых ему женщин даже малыми подарками, и, недолго думая, приступил к торгу. Дедок, моментально сообразив, что перед ним выгодный клиент, с ходу включил рекламщика и взвинтил цену. Уже хорошо зная эту игру, Шатун принялся отчаянно торговаться, ругая товары так, что сидевшие по соседству торговцы со смеху покатывались.

В итоге купив все, что планировал, парень честно расплатился с горцем ассигнациями, которые тот, чуть покривившись, принял. Мишка, укладывая покупки в мешок, осторожно подтолкнул Руслана под локоть и еле слышно прошептал:

– Княже, оглянись. Непримиримые тут.

Попрощавшись с торговцем, Руслан не спеша повернулся и только усилием воли заставил себя не выхватить револьвер. Метрах в пяти на дороге стояла кавалькада из шести коней, на которых восседали четыре пожилых, но еще крепких горца. Между ними парень приметил мужчину средних лет, с крепко поседевшей бородой. Но самое главное, его папаха была обвязана зеленой лентой, по которой струилась арабская вязь.

Чуть в стороне, у самой обочины, остановил коня жилистый, широкоплечий абрек. В глаза сразу бросилось качество его оружия и, судя по отполированным до блеска рукоятям, оружие это было отнюдь не парадным. Взгляд воина был внимательным, оценивающим, а самое главное, в нем не было того презрения, которое сквозило во взгляде Русланова кровника. Этот боец умел уважать врага. Сообразив, что их заметили, горцы быстро переглянулись, после чего самый старший из них, чуть шевельнув поводом, выехал на несколько шагов вперед.

– Это тебя зовут князь Лютый? – спросил он с уже привычным гортанным акцентом.

– Ас-салам, почтенный. Да, это я, – проявив вежливость, отозвался парень.

– Ты сделал злое дело, князь. Из-за тебя два клана едва не умерли от голода, когда ты разрушил их тропы.

– Сами виноваты, – пожал Руслан плечами. – Они пришли в наши места убивать, и я их за это наказал. Мы не приходим в ваши аулы, чтобы красть ваших женщин и детей. Скажу больше. Я могу запереть в горах все кланы непримиримых, но не стану этого делать до тех пор, пока они не сделают первый шаг. Те два клана послушались османов и поплатились. Тот, кто повторит их путь, тоже будет заперт в горах.