Любовь и ненависть в Ровердорме

Они с Илейн убежали, а я тоже подвинула десерт – вечер складывался вполне неплохо!

После этого отправилась к тете Прим и провозилась с ней до вечера. Она шла на поправку, поэтому я помогла ей вымыться и переодела в чистую одежду, рассказывая о том, что произошло в доме и на дне рождения у Нэнси Тейтер, с трудом удерживаясь, чтобы не начать задавать вопросы.

Тетя была все еще слаба, но уже завтра… Завтра, решила я, к ней обязательно вернутся силы, и ей придется дать мне ответы!

***

На следующий день я привычно встала на рассвете и выскользнула из комнаты, постаравшись никого не разбудить.

После чего смотрела, как, ругаясь и натыкаясь на мебель, бродил по дому невыспавшийся Лоуренс. Дядя в охотничьей одежде бодро спустился с лестницы, распространяя тяжелый запах перегара. Смело заявил, что он обожает охоту и собирается присоединиться к загонщикам, но вскоре передумал.

Захромал, стал жаловаться на больную лодыжку, после чего сказал, что не слишком хорошо себя чувствует, и отправился в кровать.

Сбежала по лестнице Кейт – в темно-синей амазонке, которая удивительно ей шла. Выглядела она немного бледной, но решительной.

Рука у нее была перевязана, и Кейт, не заметив, что я поправляла цветы в вазе в коридоре, пожаловалась Лоуренсу, что она не спала почти всю ночь. Ее беспокоили зуд и раздражение на ладони, но это не помешает ей сопровождать герцога на охоте.

– Вообще-то, тебя пригласил Люк Пирсон, – сварливо отозвался кузен. Затем повысил голос: – Несите скорее этот чертов завтрак, ленивые черти! – прикрикнул он на слуг, затем повернулся к Кейт: – Кавингтон здесь ни при чем.

– Много ты знаешь! – насупилась Кейт.

– Много, – согласился с ней Лоуренс.

 – Например, я знаю, что для Пирсона девичья честь – пустой звук, так что желаю тебе приятно и увлекательно провести сегодняшний день. Можешь даже попасть в очередные неприятности или скандал, тебе к этому не привыкать.

– Прекрати сейчас же! – с ненавистью в голосе заявила ему Кейт. – Закрой рот!

Но Лоуренс и не подумал.

– Поэтому в столице тебя никто и не берет замуж, – заявил ей. – Знает, что от твоей девичьей чести давно ничего не осталось.

– Зато ты, Лоуренс, внезапно стал ее ценителем! – огрызнулась Кейт. – Наслышана я о твоих проблемах – о том, что молодые и незамужние девицы рядом с тобой могут больше не беспокоиться о своей репутации, потому что ты попросту не сможешь ее испортить.

О, Лоуренс, это так мило – вместо этого ты можешь стать их верным и преданным другом!

Тот зарычал.

– Откуда ты знаешь?!

– Весь Ровердорм только об этот говорит, – усмехнулась Кейт. – Но если ты станешь меня раздражать, то заговорят еще и в столице.

– Я видел тебя в Ольсене, – глухо произнес кузен. – Ты была на почте, стояла возле конторки.