Любовь и ненависть в Ровердорме

Тут раздалась музыка – загудели на разные лады дудочки, – и Лиззи, схватив меня за руку, принялась тыкать пальцем куда-то в толпу. Вскоре я разглядела в просветах между людьми расписную платформу карусели, установленную в центре площади.

Затем до меня донеслись детский смех и громкие выкрики зазывал.

– Сейчас, Лиззи! Сперва я куплю тебе ленты, и мы сразу же пойдем на карусель, – отозвалась я. – Но спешить нам все равно некуда, до вечера все успеем. К тому же там, наверное, очередь…

На это Нэнси заявила, что она сейчас же пойдет и встанет в ту самую очередь вместе с Лиззи, пока я разбираюсь с последними покупками.

Расмус Селингер, не отстававший от нас ни на шаг – разве что в «Шоколадницу» он не пошел, но осмотрел торговый зал в поисках опасности, – потопал за ними, а Донахью смущенным голосом попросил у меня разрешения ненадолго отлучиться.

Он собирался в оружейные ряды, хотел купить себе новый охотничий кинжал.

Кивнув, я вернулась к прилавку, где принялась выбирать для Лиззи ленты. Мне приглянулась голубая с золотистым шитьем – у меня как раз было отложено для сестры голубое платье. Я давно из него выросла, так толком и не успев поносить, так что ушивать придется не слишком много.

Марион тотчас же принялась торговаться и делала это от души. Я всегда поражалась ее умению – Миллеры не бедствовали, считаясь крупными землевладельцами, но подруга могла сбить цену до самой низкой.

Наконец, мы купили ленты и двинулись в сторону разукрашенной цветами карусели."

"Впечатляющих размеров круглую платформу раскручивала пара здоровенных детин в одеждах шутов, а рядом с ними стоял третий, созывая детвору и не забывая протягивать шапку родителям, чтобы те кидали внутрь монетки.

– Один круг – полцента! – разносился по ярморочной площади его зычный голос. – За десять кругов скидка – всего-то пять центов!

– Недешево! – нахмурилась Марион, явно собираясь поторговаться и там. Но я покачала головой – уж прокатить сестру на карусели я вполне могла себе позволить!

Вскоре увидела и Лиззи – правда, все еще на приличном отдалении. Они с Нэнси стояли возле лесенки, ведущей к платформе. Кажется, Лиззи попадала в следующую очередь, намереваясь усесться на одну из вырезанных их дерева фигурок животных.

Я полезла в кошелек, нащупывая пятицентовый кругляшок, решив, что не позволю Нэнси заплатить и на этот раз…

Но смех, разговоры, скрип вращающейся платформы и звуки музыкальных инструментов внезапно прервал истошный женский вопль, разнесшийся над площадью. Затем я услышала еще один крик, после чего женщина рядом со мной и Марион завопила, что убивают…

Хотя, конечно же, ее никто не убивал.

Но кричала она так громко и настолько убедительно, что толпа бросилась врассыпную, едва не снеся нас с подругой с ног.