По любви

А что твои? Не будут обижаться, что их не позвали на праздник?

– А у меня никого нет. То есть мама есть, но она того, – бьет пальцем по виску, – после инсульта умом тронулась. Ей ничего объяснять не нужно.

– Не знал.

Тут Нина, наверное, могла бы обидчиво добавить «как и многое обо мне». Мы десять лет с ней бок о бок работали, прошли столько всего, от такого дерьма отбились, а я вон, не в курсе таких важных вещей. Что мне стоило поинтересоваться чем-то кроме работы? А предложить помощь? В противовес моим опасениям, Нина лишь пожимает плечами и утыкается в телефон.

– Никита фотки скинул.

Не из обидчивых, значит. Боже, да неужели мне так с ней повезло?

Нина протягивает телефон. Мажет тонким женственным пальчиком по экрану, пролистывая фотографии. Где мы с ней. То так обнявшись, то эдак. Я помню, где в этот момент находится моя рука, которой не видно на фотографии. Дыхание Нины обрывается. Очевидно, она тоже не страдает провалами в памяти.

– Х-хорошо получилось, да? – натянуто улыбаясь, убирает айфон в сумочку. Я киваю. Нажимаю на кнопку, отгораживая нас от водителя.

– Да.

– Надеюсь, фотографии поднимут тебе настроение. – Нервно теребит ремешок.

– Вряд ли. А вот ты можешь попытаться, – касаюсь горящей щеки Нины пальцами, соскальзываю вниз по шее, костяшками касаюсь соска, а потом, уж не мешкая, сгребаю ее ладонь и укладываю на свой стояк. Нина не сопротивляется, но и не поощряет. Приходится приложить усилие, чтобы получить желаемое. Свободной рукой заправляю упавшие ей на грудь пряди за ухо, большим пальцем касаюсь пухлой губки, заставляя чуть приоткрыться рот. И сладко поцеловав, шепчу ей в губы: – Отсоси мне.

– Я не могу! – то ли пугается, то ли набивает цену.

– Это просто. Расстегиваешь ширинку, – расстегиваю, доставая бойца. – Наклоняешься, – жму ей на макушку, – прячешь зубы и берешь его в рот. Чем глубже, тем лучше."

"Если Нине хочется поиграть в эту игру, я с радостью ей подыграю. Даже если это меня убьет. А если станет выпендриваться…. Сжимаю зубы, не давая своему недовольству быть озвученным. Убеждаю себя, что Нина не пытается нарушить наш договор, просто ей нужно время ко мне привыкнуть. И тут моя сладкая женушка очень сильно меня удивляет. Р-р-р-раз, и мою головку обжигает ее горячее дыхание. Два, и она начинает неторопливо исследовать ее языком. Будто снимая пробу. Юркий кончик скользит по уздечке, обводит край. Трогает пульсирующую извилистую вену... Дышу. Правильнее было бы не торопиться, но это выше моих сил. Зарываюсь ладонью в ее роскошные волосы и опять с намеком давлю. Нина послушно меня впускает. Не спеша. Наконец… Отступает. И снова берет. Глубоко. Жадно. Со вкусом. Неудобно – жуть. Стаскиваю ее на пол с сиденья. Нина замирает и, не выпуская члена изо рта, доверчиво глядит мне в глаза.