После — долго и счастливо

– Да брось, ты ведь не серьезно?

«Пожалуйста, только не это. Мы столько месяцев даже не разговаривали. Он, должно быть, шутит. Ведь так?»

– Я даже не думаю шутить. Никаких шуток. – Его глаза горят весельем, а я чуть не топаю ногами по кафельному полу.

– Но мы же не… Мы даже не… – Я собираю свои волосы в кулак и пытаюсь переварить то, что он сказал.

– Ты ведь не думала, что я просто так сдамся?

Он наклоняется и прижимается губами к моей горящей щеке.

– Разве ты меня не знаешь?

Он улыбается, а мне хочется ударить его и поцеловать одновременно.

– Но ты уже сдался.

– Нет, я просто держался от тебя подальше, как ты меня и заставила. Я верю, что в конце концов твоя любовь ко мне поможет тебе обрести равновесие. – Он вскидывает бровь и дарит мне ту самую улыбку и те дьявольские ямочки на щеках. – Однако тебе требуется просто до хрена времени.

«Какого черта?»

– Но… – Я в прямом смысле слова лишилась дара речи.

– Только не причиняй себе боли. – Он смеется и накрывает ладонями мои щеки. – Будешь опять спать со мной на диване? Или это для тебя слишком большое искушение?

Я закатываю глаза и иду следом за ним в гостиную, пытаясь понять, зачем ему все это, да и мне тоже. Нам нужно о стольком поговорить, столько вопросов и ответов обсудить.

Но пока что я собираюсь уснуть на диване рядом с Хардином и притвориться, что хотя бы сейчас все у меня прекрасно.

Глава 70

Тесса

– Доброе утро, детка, – слышу я над ухом.

Открыв глаза, я первым делом вижу перед собой чернильное пятно в форме ласточки. Хардин загорел сильнее обычного, а мускулы на его груди стали гораздо рельефнее с тех пор, как я видела его в последний раз. Он и всегда-то потрясающе выглядел, а сейчас ну просто невероятно привлекателен, и это самая сладкая пытка – лежать, прижавшись к его обнаженной груди, когда он обнимает тебя одной рукой, а другой откидывает волосы с твоего лица.

– Доброе утро. – Я упираюсь подбородком в его грудь и с прекрасного ракурса любуюсь его лицом.

– Выспалась? – Он нежно гладит меня по волосам и чудесно улыбается.

– Да.

Я на секунду закрываю глаза, чтобы собраться с мыслями, которые растекаются кашей от звука его хриплого сонного голоса. Даже его акцент становится более заметным. Вот проклятие.

Не говоря больше ни слова, он прикладывает большой палец к моим губам.

Я распахиваю глаза, когда слышу, как открывается дверь спальни Лэндона. Порываюсь встать, но Хардин только крепче обнимает меня.

– Не пущу, – смеется он. Приподнявшись, он садится со мною на руках.

В комнату входит полуголый Лэндон, за ним появляется София. На ней вчерашняя одежда. Черная униформа и сияющая улыбка ей очень идут.

– Привет.