Отказ не принимается (СИ)

Глава 46

– Варвара! – Виктор начинает сразу на повышенной громкости. – Это что за закидоны?

– Что не так, Виктор Андреевич?

– Какого хрена ты вернула деньги? Что это за выходки?

– Никаких выходок, – с трудом удерживаюсь от крика. – Вам не угодишь, Виктор Андреевич. То моя меркантильность вас травмирует, то теперь вот – возврат.

– Нах… На хрена мне твоя благотворительность?

– Не знаю, сами разберетесь. Вы уже большой мальчик.

– Ты мне дерзишь? – поражается он.

– Я поддерживаю общий настрой беседы, заданный вами, между прочим!

– Что-то ты только всякую хрень поддерживаешь, – злится Воронцов, – а что-нибудь толковое – нет!

Это он сейчас про его домогательства в лифте и офисе?

Дайте мне сковородку!

– А я тугодум, – шиплю я. – Видите? Стоит только мне как следует подумать, и я принимаю правильные решения.

– В общем так, Тронь. Послушай меня…

– Нет уж, – завожусь я. – Это вы меня послушайте, Виктор Андреевич! Давайте. Напрягитесь. У вас должно получиться, это не такое сложное действие, как выглядит на первый взгляд.

Пауза.

– Ну? – нетерпеливо подталкивает меня Воронцов.

Набираю в грудь воздуха для тирады:

– Оставьте ваши деньги себе! Они мне не нужны! Не после того, как выставили их платой за… за… – меня клинит, не хочу произносить слово «секс», – … не за работу няни!

Слушать-то он меня, может, и слушает, да только выводы делает в стиле барина Воронцова.

– Это ты намекаешь, что бессребреница? И переспала со мной из жалости? – заводится Виктор.

Он безнадежен.

– А думать, что я переспала с вами за деньги, приятнее, правда? Так выходит, что это не вы жалкий, а я жадная?

В динамиках слышен треск. Такое ощущение, что Виктор что-то сломал или уронил.

– Варвар-р-ра, ты специально меня злишь? – ревет в трубку буйнопомешанный.

– Ничего подобного, – я возмущена. – Вы, разумеется, мне не поверите, но я ничего ради вас специально не делала и делать не собираюсь.

На этот раз с того конца провода доносятся более конкретные признаки разрушений – битое стекло.

– Да вы все сговорились, что ли? – психует он, а я и забыла, что он бывает таким. – Сначала Тиль выносит мне мозг, потом Ирина, теперь ты со своими капризами! Говорил мне Раевский, что нельзя бабам давать думать… От этого одни проблемы!

Я подозреваю, что Раевский – это тот самый Егор. Надо же: вот, как выглядит, еще один толстосум города и, очевидно, сексист.

Тиль – понятное дело, насчет того, что она сумеет вынести мозг, я ни капли не сомневаюсь. Она вся в папочку!

А вот Ирина…

Ирина мне неизвестна. Жену вроде бы Галиной зовут.

И почему-то упоминание Виктором незнакомой женщины мне неприятно. Возможно, речь идет о той самой хамке, что звонила мне вчера.

– Кстати, – я решаю, что настала моя пора высказаться.