Помощница лорда Хаксли

И именно в этот момент последние сомнения отпали.

Я распрямилась и решительно спросила:

– В чем заключается ритуал?

– Видишь руины? – Вместо ответа спросил старик. – Когда-то там стоял храм и проводились обряды. Люди приносили в жертвы овец и голубей и просили Двуликого о помощи, а он слышал и исполнял просимое. А теперь молчит. Много лет молчит.

На изборожденном морщинами лице застыло безнадежное отчаяние.

– И мы, оставшиеся жрецы, не можем восстановить Санатру – молитвенный круг. Нам не хватает жрицы. И у нас совсем не осталось сил.

На последних словах его голос сорвался.

– А что будет, когда вы восстановите Санатру?

– Гирха получит благословение Двуликого, и он снова будет говорить с нами через свои жертвенники. И мы сможем поставить новых жрецов – молодых, сильных, способных нести бремя служения.

– Значит, вы думаете, что если я встану с вами в этот круг, то у вас все получится? А что потом будет со мной? Вы хотите, чтобы я навсегда осталась в Гирхе?

– Ты не сможешь, – покачал головой старик. – Твое сердце не здесь.

Он посмотрел на меня с легкой грустью, и в его глазах я увидела понимание.

– Никто не способен жить вдалеке от своего сердца, – тихо сказал он, и его глаза подернулись печалью. – Не бойся, самира, – добавил жрец. – Мы не причиним тебе вреда. Я лишь прошу тебя помочь нам, в память о твоей матери. Но если ты не захочешь…

Он замолчал и вздохнул.

– Что ж, я приму твою волю и верну в Уэбстер, – договорил он.

– Вы готовы поклясться в этом?

– Я, Араим Саид Пехреви, первый жрец Двуликого, – подняв правую руку, неожиданно твердо сказал старик. – Клянусь, что не причиню вреда Аделии из рода Ашту и верну ее в Уэбстер, когда она совершит ритуал, или же в любое другое время, если она того пожелает.

На ладони жреца вспыхнул огонь и тут же исчез, слизав последние слова клятвы.

– Ты поможешь нам? – Тихо спросил старик.

Я не торопилась отвечать, обдумывая все, что узнала. Моя мама – жрица Двуликого. Гирха – ее родина. А я, получается, потомок рода Ашту. Трудно было поверить в то, о чем говорил жрец, но душа откликалась на его слова, и сердце подсказывало, что нужно соглашаться. За то время, что провела в Гирхе, я успела проникнуться сочувствием к ее жителям и к их поруганной вере. Ни один народ не заслуживает того, чтобы разрушали его храмы и уничтожали заветы предков. «Без прошлого нет будущего» – вспомнилась любимая поговорка папы, которую он повторял, разбирая со мной историю Уэбстера. И мне захотелось помочь гирам вернуть их прошлое. Их веру. И прикоснуться к тому, что было дорого маме.

– Сколько времени займет ритуал?

– К закату ты уже будешь свободна и сможешь вернуться к своему мужчине, – ответил старик, и в его взгляде мелькнуло что-то, что заставило меня удивленно вздохнуть.