Притворись влюбленной

Они даже не успевают спросить: «Софи, а когда твоя очередь?» – а мне не приходится оправдываться.

И я очень рада, что решилась на эту затею с фейковым бойфрендом. (Хотя, сами понимаете, меня буквально вынудили решиться.) Я даже не возражаю, чтобы тетушки и кузины восторженно таращились на Гарри и восклицали:

– Ох, Софи, это же твой парень!

В глубине души я искренне наслаждаюсь, когда говорю: «Да, да, это он!» – и стираю уныло-сочувствующее выражение с их лиц.

– Пойдем возьмем еще по бокальчику? – предлагает Гарри, кивая в сторону толпы гостей, разодетых в красивые наряды и строгие костюмы.

– Пока я пас, – мотаю я головой. – Надо не переусердствовать, если я хочу продержаться весь день.

– Мало же тебе надо, чтобы наклюкаться, – шутит он, хотя я имела в виду общение с толпой гостей, а не выпивку.

У нас есть немного времени, чтобы обсудить гостей – понаблюдать за ними и обменяться шуточками, – а еще Гарри рассказывает какие-то байки про свадьбы своих друзей. Я же просто отдыхаю от постоянной «включенности» во все на свете и от роли подружки невесты.

К тому же у меня ноет нога – чертовы туфли! – и возможность хоть ненадолго присесть оказывается весьма кстати.

Камилла, Надин и Дэвид подходят ко мне, чтобы поболтать, но вскоре их уже зовут на праздничный ужин.

– Здорово, что у вас такие теплые отношения, – говорит мне Гарри.

– Ага. Папа и Камилла расстались по-хорошему. Они настолько посвятили себя нам, детям, что все равно не смогли бы разорвать все связи. И, знаешь… хорошо, когда у тебя есть сестры. В детстве у меня не было.

– Что ж, – отвечает он, криво улыбаясь (и в уголках его глаз не собираются веселые морщинки). – Просто не спи с их мужьями, если хочешь, чтобы все так и оставалось «хорошо».

– Приму к сведению.

Мы сверяемся с планом рассадки, столь скрупулезно составленным Джессикой, и садимся на свои места. Внезапно я чувствую, что во рту у меня пересохло, и колеблюсь: стоит ли расспрашивать Гарри о брате и о бывшей жене? Да, мы вроде бы неплохо поладили – но мы и знакомы всего пару дней, и это не моего ума дело. Так что я начинаю без умолку болтать о том, как замечательно общаются Камилла и моя мама, как я до сих пор шлю Камилле открытки на День матери и как все тронуты, что папа повел Джессику к алтарю.

Но при этих словах я вдруг снова вспомнила, как папа смотрел на Джессику в платье перед церемонией. На сердце становится тяжело.

Я замолкаю, а Гарри удивленно смотрит на меня:

– Что такое? Что у тебя с лицом?

– Просто… – шепчу я, понимая, что совершенно не хочу, чтобы меня услышали, хотя зал и так гудит. – Он выглядел таким гордым за Джессику.