Проданная врагу. Вернуть истинную
— Что ж, я согласен. Девка и правда хороша, я готов её взять. Получишь отсрочку, до весны. А если она и правда окажется такой, как ты описывал, зачту как плату за этот год.— Ч-что? — я сглатываю и смотрю на дядю.Он качает кистью и сухо бросает:— Авалина, собирайся.Дядя продал меня в уплату долга! Конечно же, он не отдал жестокому тирану дочь, откупился сироткой, которую приютил после смерти родителей. Никто меня не хватится, и другой семьи у меня нет.Теперь мне предстоит стать бесправной куклой, ведь тот, кому я подарила своё сердце и душу никогда не примет меня после всего этого…ХЭ будет (но не у всех)
Я уже совсем смело вкладываю руку в предложенный Валфриком локоть и мы, поправив одежду, покидаем переулок.
До площади остаётся всего ничего. По обстановке здесь сложнее сказать, что дела в Доме Солнечного Снега совсем плохи. Всё кажется относительно нормальным, поэтому я ненадолго забываюсь и просто наслаждаюсь прогулкой.
Всё же с любимым человеком, вернее двуликим, даже самые тёмные времена кажутся светлее и красочнее. А ещё я убеждаюсь в том, что мой Дом обязательно нужно отбить у кабанов.
Двигаемся краем площади до небольшого магазинчика мёда. Полли дружит с хозяином, он даже ухаживал за ней какое-то время, но всякий раз получал от ворот поворот, что, впрочем, не мешало ему угощать старшую из наших служанок то помадкой, то баночкой суфле, приготовленного «на пробу».
На двери уже висит табличка «Закрыто», но я всё же дёргаю ручку, а после стучу. Некоторое время ничего не происходит, затем слышатся тяжёлые, но такие знакомые шаги.
– Кто там? Мы закрыты уже!
– Господин Ятсен, это я, – стучусь снова. – Вы помните меня?
Спустя примерно минуту тишины щёлкает замок и дверь приоткрывается на маленькую щёлочку, в которой показывается мутный сероватый глаз.
– Авочка! Девочка, неужто ты?! Заходи скорее, ой...
– Здравствуйте. Это мой жених, Валфрик из Дома Серебряной Луны, – быстро представляю я.
– Вижу. Ох, проблем у меня будет, если вас увидят…
– Я ненадолго. Никто не узнает, что мы у вас были.
– Ладно, входите уж, пока не увидели.
Он отступает в сторону и пропускает нас в дом. Валфрик снова закрывает дверь и, расстегнув китель, поворачивается к Ятсену:
– Гасите свет в магазине.
– Пойдёмте на кухню.
Сколько я помню, Ятсен всегда жил один. Его дети давно выросли и уехали куда-то в горные посёлки. Сперва к родственникам, его поставщикам мёда, а после осели там и завели свои семьи, продолжая семейное дело по разведению пчёл.
Мужчина садит нас за стол и гостеприимно разливает чай, тихо постукивая посудой. Мне хочется начать задавать вопросы, но атмосфера на кухне тяжёлая и не такая располагающая, как, бывало, раньше.
– Итак, у тебя много вопросов, – он переставляет чайник на стол и садится напротив нас. – Спрашивай, я отвечу на всё, что знаю.
– Что сейчас творится в замке?
Ятсен смотрит на Валфрика."
"Об этом лучше спросить господина. В городе ходят слухи, что там была резня.
– Сражение, – уклончиво отвечает Валфрик. – Несколько стражников погибли, признаю, но я не ставил себе цели кому-то навредить.

















