Ратник

– За выставление воинов сверх обычая тебе полагается дать оклад большой, – произнес воевода. – Мню, те несколько рублей тебе, что капля в море. Посему предлагаю наделить поместьем, рядом с вотчиной твоей.

– Хорошо, – нейтральным тоном ответил Андрей.

– Ты не рад?

– Жду подвоха.

– Нет никакого подвоха. Три четвертей земли доброй-угожей оклада кладем тебе, рядом с вотчиной твоей. Да неудобья промеж них под выпасы и покос. И деньгами восемь рублей.

– Служу царю! – гаркнул Андрей, ударив себя кулаком по груди.

– Хорошо служишь! – максимально добродушно воскликнул воевода и хлопнул парня по плечу. – Но нужно будет еще послужить. Сам знаешь, татары совсем страх потеряли. Каждый год терзают наши земли. Ты лучше всех готов к службе. Так что надлежит тебе незамедлительно выступать на юг да караулить их набеги. Дабы мы не прозевали большой набег их. С тобой пойдут товарищи твоего отца – Кондарт, Аким и Федот. Ну да ты их хорошо знаешь.

– А десятник кто?

– Десятник ваш преставился. А нового пока не поставили. Но тебя старшим не поставлю. Ты уж не обессудь. Юн слишком. Старшим у вас пойдет Кондрат, как самый старший и многоопытный, – произнес воевода, внимательно отслеживая реакции собеседника.

– Добре, – кивнул Андрей, максимально нейтрально.

Ему это было индифферентно. Другие мысли терзали его разум.

Лишь вечером, обдумывая произошедшее, он понял, что сделал воевода и старшины."

"Ведь вотчины лишить они его не могут, даже если парень пошлет их лесом и просто забьет на службу. Максимум в их праве забрать оклад денежный. Но ему от того ни горячо, ни холодно. А тут – триста четвертей земли по поместному учету, что при нормальном пересчете давало девятьсот четвертей потенциальной пашни. То есть, без малого пятьсот гектаров, не считая вотчины. Соблазнительная вещь, которая дорогого стоит. И лишаться ее будет обидно. Что давало старшинам рычаг воздействия на парня. Понятное дело, что не кардинальный. Но все же.

А ведь могли поступить и иначе. Оставили бы ему вотчину и положили большой денежный оклад. Его ведь выплачивали далеко не каждый год. Поэтому, оставили бы парня, фактически «с фигой». Но они на такое не пошли. Почему? А черт его знает. Тут так сходу и не разберешь. Особенно в свете этих чертовых слухов…

Часть 2. Чертова карусель

– Я танцую с серьезными намерениями.

к/ф «Ширли-Мырли»Глава 1

1554 год, 12 июня, где-то южнее Тулы– Хорошо-то как… – выплюнув травинку, произнес дядька Кондрат. – Птички поют. Солнышко. Травка. Лесок.

– И слепни с оводами, – добавил, ударив себя по шее, Федот. Его как раз туда цапнула одна из этих «птичек». – Вон как вьются! Верно хотят нас всех до костей обглодать.

– Не хмурься, – добродушно произнес Кондрат. – Они твари Божьи. А значит сотворены им не просто так.