Ратник

А раз так, то каким образом я могу оказаться Всеславом Брячиславичем?

– Неисповедимы пути Господни, – добродушно пожав плечами, возразил отец Афанасий, отметив про себя употребление парнем слова «догматы», явно слишком сложного и ученого для большинства обывателей его круга.

– А почему именно Всеслав? Почему, к примеру, не Свентослав Ингваревич. Кхм. Святослав.

– Как-как?

– Оговорился.

– Оно и понятно, – кивнул священник. – Пойми. Я не враг тебе. От того разговор этот и затеял. Ведь ты, как не пытайся, нутро свое не скроешь.

– Тебя послушать, так я демон какой или исчадие Преисподней.

– Если бы это было так, то ты не сумел бы ко мне подойти. Видишь циновки на полу? Под ними я описал мелом круг. И перед приходом твоим усердно молился, прося Всевышнего защитить меня от происков Лукавого. Ты бы просто не смог переступить черту, если был дьявольским слугой.

– И это мне говоришь ты? – удивленно покачал головой Андрей. – Отче… ты меня разочаровываешь. Что за вздор? Откуда ты это вообще взял?

– Всем о том известно, – настороженно ответил священник.

– Всем известно? Прелесть… какая прелесть… Напоить скоморохов и узнать много интересного про катаров, богомилов и древнего эллинского философа ты не сподобился. А круги мелом рисовать догадался. Смешно. Ей слово – смешно, – раздраженно произнес Андрей и развернувшись, пошел к двери.

– Постой! – воскликнул священник.

– Что еще? – не оборачиваясь спросил парень.

– Мы не враги тебе.

– И я не враг вам. Но ей Богу ума не приложу, что мне делать с этой молвой.

– Люди просто так не скажут.

– Люди? Ха-ха! Три раза. И если бы просто люди. Ведь их кто-то надоумил. Или, ты скажешь, что простые горожане Тулы али Москвы ведают о князе-оборотне?

– Но ты ведь о нем ведаешь. Я тебе не сказывал о том, что Всеслав был оборотнем.

– Я много общался со скоморохами в былые годы.

– Никогда за тобой этого не замечал."

"– Значит плохо смотрел.

– Да куда уж лучше? – хохотнул священник. – Андрея я с пеленок знал. И ведаю, что он скоморохов на дух не переносил. И как-то с ватажкой таких же молодых сорванцов даже побил их.

Андрей промолчал, мрачно уставившись в пустоту перед собой.

Отец Афанасий тоже молчал. Только в отличие от хмурящего парня он улыбался.

Немного помедлив в дверях Андрей решительно пошел вперед. И, толкнув дверь, покинул церковь. Подле нее ждали его люди. Пора было ехать на смотр. Он специально заглянул к священнику перед выездом, так как тот позвал его, сославшись на что-то важное.

– Что он хотел? – спросил Кондрат.

– Благословение дать.

– А чего хмурый такой?

– Рассказал, что люди про меня навыдумывали.

– А-а-а, – понимающе кивнул боевой товарищ отца и подмигнул остальным. Как бы намекая на то, что все уже в курсе.

– Твою мать… – процедил Андрей.