Развод. Ты предал нашу семью (СИ)

Если мы остаемся в одной лодке, то я должна знать, в какие волны Глеб погружает свое весло, пытаясь удержаться на плаву. Вдруг ему понадобиться помощь, чтобы отбиться от голодных наглых пираний?

Хотя Надя даже не пиранья, а какая-то скользкая зубастая стервь.

— Тогда звоню?

— Звони, — медленно, но уверенно киваю, а потом встаю. — Подожди.

Выглядываю из кухни.

— Я столовую запер, — Глеб оборачивается. — Без шума им не удастся подкрасться. Да и мы сейчас не интересны. Они ждут, когда к Чичикову в Мертвых душах начнут приставать призраки.

— Тогда звони, — закрываю дверь кухни и бесшумно возвращаюсь за стол. — Не тяни.

Глава 40. Разговорчивый Ярик

Гудки обрываются хриплым голосом Ярика. Он выдыхает:

— Босс…

А затем кашляет.

— Ты, что, там куришь? — Глеб сердито хмурится.

— Да, — Ярик кашляется сплевывает, — ну и дрянь. Десять лет назад бросил. Фу! Бэ!

И еще несколько разномастных коротких слогов, которые говорят нам, как Ярик недоволен.

— Будто дерьмо высушенное покурил… Фуф. Ужас, какой, — вздыхает и кричит на сторону. — Эй, мужик! Сигареты нужны?

— Ну, давай сюда, — раздается на стороне пьяный голос. — Благодарству.

— Ярик, — шипит Глеб. — Ты мне чего звонил?

Молчание, и я вся напрягаюсь.

— Жена рядом? — серьезно спрашивает Ярик.

— Рядом, — подаю я голос.

— Это хорошо, что рядом, — тянет Ярик. — Не выпнула его еще?

Я немного теряюсь от фамильярности Ярослава, но я в ней не слышу надеменности, презрения или насмешки. Она такая. Дружелюбная, будто я с ним сто лет знаком."

"— Блин, пардон, Антонина, — Ярик вздыхает. — Как-то я начал не так, да? Ну, я же деревенский. Невоспитанный.

— Все в порядке, — сдержанно отвечаю я.

— Блин, а по тону так и не скажешь, — цыкает Ярик. — Бубенчики босса в целости?

Я поднимаю взгляд на Глеба, который устало проводит рукой по лицу и подпирает подбородок кулаком:

— Ярослав… Мои бубенчики в целости.

— Не отрезала?

— Нет.

— Это хорошо, — Ярик чем-то шуршит. — Босс, погоди… — замолкает и рявкает. — А ну, пошли отсюда! Что у вас там?! Где родители?! Отошли от моей машины!

— Да это не машина, а корыто!

— Я тебе за корыто уши оторву! Это раритет!

— Глеб, — шепчу я. — Что происходит?

— Я не знаю, — он медленно моргает.

— Что за дети пошли?! — возмущенный Ярик возвращается к нам. — Они мне на двери мужской половой орган нацарапали. Художники, блин. И знаешь, Глеб, неплохо получилось. Анатомично, я бы сказал.

— Ярослав, — медленно выдыхает Глеб.

Кажется, хлопает дверца машины, дальше Ярик покряхтывает, и все это сопровождается непонятной возней на фоне.

— Короче… — говорит Ярик и загадочно замолкает.

— Ярик, я сама готова тебе бубенцы подрезать, — цежу я сквозь зубы. — Зачем звонил.

— О встрече прошу, — Ярик тяжело вздыхает. — Это не телефонный разговор.